«Так, надо уточнить, есть ли среди тех подразделений, которые должны сегодня прибыть с генералом Ренненкамфом пулемётные батареи с новыми максимами, а то, в уже прибывших войсках была только полубатарея старых, ещё на лафетах. Если есть хотя бы одна батарея, то будет восемь тачанок. И это просто здорово! Восемь максимов, десять мадсенов, да ещё батарею из шести конных четырёхфунтовок. Вот это огневой кулак собирается! Кстати, я только в Благовещенске штук пять рессорных повозок двуколок видел, пригодных под тачанки. Реквизировать их, конечно, не получится. Если, что выкуплю, – подумал я, но тут жаба схватила меня за горло и начала душить. – Ладно, может быть, в Айгуне найдём бесплатно. И рано ещё делить шкуру неубитого медведя. Есть большая вероятность, что генералы меня, как обычно пошлют в долгий пеший маршрут. Про тачанки я лично Александру III почти восемь лет назад рассказывал. А имеем сегодня вот такой пулемётный расчёт в десять человек, ладно хоть максимы более-менее похожи на те, которые в моём мире приняли на вооружение в одна тысяча девятьсот десятом году. Хоть какой-то прогресс».

С этими мыслями я направился к войсковому старшине Сотникову, исполнявшему обязанности дежурного генерала и коменданта Благовещенского отряда. У Николая Киприяновича должен был быть перечень всех подразделений, которые сегодня должный были прийти в город под командованием генерала Ренненкампфа.

Проходя мимо рабочего кабинета губернатора, замедлил шаг, так как мне послышался из него какой-то тихий металлический скрежет и позвякивание. Остановившись, потихоньку приблизился к двери и приложил к ней ухо. Тишина. Я лизнул тыльную сторону ладони и поднёс её к замочной скважине. Ощутимо потянуло сквозняком. Тихо сделав пару шагов от двери, я, уже не скрываясь, проследовал дальше.

«В кабинете военного губернатора находиться никто не должен, наружная дверь заперта и опечатана, однако я слышал звуки и из помещения тянет сквозняком, будто окно открыто. А этого не может быть», – с этими мыслями я ускоренным шагом добрался до караульного помещения.

– Смирно! Ваше высокоблагородие… - начал докладывать старший урядник, но я остановил его движением руки.

– Урядник, быстро ключ от кабинета губернатора, двух казаков под окна из него, вестового к войсковому старшине Сотникову с докладом, что в кабинет генерала Грибского кто-то проник. Сами следуете со мной. Выполнять, но тихо.

– Слушаюсь, Ваше высокоблагородие.

Старший караульной смены оказался смышленым малым, хотя и крупных габаритов. Без лишних вопросов и разговоров вскрыл опечатанный ящик, где на случай пожара хранились ключи от кабинетов резиденции, выбрал и передал мне нужный. Поднял трёх казаков свободной смены и быстро отдал приказания. Не прошло и минуты, а мы уже выдвинулись навстречу возможным приключениям.

– Урядник, дверь в кабинет губернатора на сколько оборотов закрывается?

– Не могу знать, Ваше высокоблагородие. Ни разу не закрывал и не открывал.

«Хреновато. Да даже если и на один оборот, всё равно незваный гость может успеть среагировать на отпираемую, а затем и открывающую дверь. А вот как себя он дальше поведёт? Большой вопрос! Может и стрелять начать, чего совсем бы не хотелось, – подумал я и пристально посмотрел на казака. – А здоровый детинушка, ему бы кувалду, с одного удара замок бы вышиб. Только кувалды нет, но тело весом под сто кило есть».

– Стоп, слушай меня внимательно, – сказал я, остановившись и остановив за руку казака.

– Слухаю, Ваше высокоблагородие, – ответил тот, смотря на меня сверху вниз.

– Сейчас мы подойдём к кабинету. Я встану у левой створки двери, а ты с разбега постараешься вышибить правую створку. Причём сильно постараешься. Дверь открывается внутрь. Всё понятно?

– А как же ключ?

– Понимаешь, братец, боюсь, за то время пока мы отпираем, да открываем дверь, находящийся там варнак может успеть подготовиться и открыть по нам огонь. Поэтому выламываешь дверь и падаешь на пол…

– Ваше высокоблагородие, да я энтого разбойника в бублик скручу, даже пикнуть не успеет, – перебил меня казак.

– Верю, урядник, но поступим так, как я сказал. И попробуй только на пол не упасть. Тебе всё понятно?!

– Так точно.

– А теперь пошли.

К двери уж подкрадывались, ставя ноги так, чтобы не заскрипели полы. Урядник метров за пять до кабинета оставил на полу карабин и шашку, а я только шашку, взяв в руку наган.

«Хорошо, что шпор нет», – на волне адреналина нервно посмеялся я про себя, встав у левой створки и прислонив к ней ухо.

Из кабинета вновь донёсся какой-то тихий металлический скрежет. Я посмотрел на урядника, который, чуть наклонившись вперёд, стоял у противоположной стены напротив двери. Я мотнул головой, и казак сорвался с места, как разъярённый кабан. Удар в дверь, треск и правая створка вместе с казаком падает на пол внутрь кабинета.

Несколько ошеломлённый таким успехом урядника в вышибании двери с задержкой в секунду и согнувшись заскакиваю в кабинет губернатора и тут же отскакиваю влево, чтобы уже поднимающийся с пола урядник не мешал. Краем глаза замечаю, как из угла, где стоял сейф генерала Грибского, к окну метнулась низкорослая фигура.