Маги добили оставшихся, а затем рванулись из зала.

Они сильно недооценили силу врага. Маги, которых собрала «Черная луна», были опытными, проработавшими долгое время. Были бы тут новички, их бы перебили в мгновение ока.

Замок то и дело сотрясают взрывы, бои идут по всем этажам. Пусть магов и чистильщиков «Черной луны» из-за действий монстров стало меньше, чем нефилимов и магов «Рассвета», но все они более опытные и закаленные в боях с монстрами, тогда как маги «Рассвета», по сути, вчерашние ученики.

Поэтому, оценив расклад сил, Олторус понял, что надо бежать. Битва проиграна, но не проиграна война. Нужно перегруппировать силы, но главное — это вырваться из замка.

Коридор сделал поворот. Олторус замер. В десяти шагах перед ним застыл Ностальф.

— Далеко собрался? — спросил архимаг.

Владыка сглотнул, сжал кулаки. Вот оно. Момент истины.

— Уйди, — хрипло произнес Олторус.

Ностальф громко рассмеялся.

— Ну, уж нет. Ты за все ответишь. Скольких людей убили твои монстры, сколько убьют еще! Нет, сейчас состоится твоя казнь.

Олторус, направил магию в кончики пальцев. Боя не избежать, но он не может умереть. Он должен жить!

Олторус всегда цеплялся за жизнь. Будучи больным сиротой, он помирал от голода на грязных окраинах столицы одной из пяти Великих стран. Любой бы на его месте умер, но Олторус цеплялся за жизнь, поднимался из нищеты, будучи всегда одиноким. Он видел, как богачи обжираются, выкидывают недоеденное, играют в такие игры как «сражение едой». Один вид этого развлечения заставлял Олторуса кипеть от ненависти. Именно тогда он поклялся, что выберется из нищеты, что поднимется над всеми богачами, станет самым богатым, самым сильным. Он выживет, добьется этого и изменит мир. Сделает так, что в нем исчезнет несправедливость, где одни голодают, а другие разбрасываются едой.

Потом, когда его подобрал один из «Рассвета новой эры», почувствовавший в мальчике магический дар, Олторус узнал, кто на самом деле управляет миром, кто покрывает этих богачей и кто создал всю несправедливость в этом мире.

— Я не умру здесь! Нападай, шавка «Черной луны»! Вы создали этот мир, вы управляете им. Если вас не станет, то несправедливость и прочие перекосы нашего мира исчезнут. Я уничтожу вас и изменю этот мир.

— Как пожелаешь!

Коридор сменяется коридором, периодически попадаются убитые маги, чистильщики, нефилимы и просто монстры. Благодаря тому, что Астеру, а точнее Нике удалось задействовать рычаг и открыть ловушку, в которую были загнаны маги «Черной луны», тотального уничтожения всех бойцов удалось избежать, но бойни — нет.

Как только рычаг был активирован, Астер, перебинтовав раны, провалился в обморок. Он не знал, сколько провалялся без сознания, но очнувшись, почувствовал дикую слабость. Кое-как вытащив дробь из бока, он вколол лекарство от отравления серебром, пополнил магию в крови, выпив кровь монстра из фляги, и только после этого покинул машинное отделение.

Судя по общему состоянию и количеству трупов, чистильщик пропустил основную мясорубку, впрочем, он не особо расстроился этому факту.

Астер ускорил шаг. Нужно спешить. Надо быстрее найти Ностальфа, если он, конечно, не умер. Чистильщику вообще-то было положено оставаться рядом с архимагом, но если бы он это сделал, то некому было бы открыть ловушку и тогда все погибли бы.

Если бы не то письмо от Джокера, то Астер не знал бы про эту ловушку и попался вместе со всеми. Так что стоит потом, при встрече, поблагодарить его. Если, конечно, они когда-нибудь встретятся.

Тонкая струйка знакомого запаха пробивается сквозь вонь крови людей и монстров, пота, и прочих «прелестей», что, бывает, выделяются у людей за мгновения перед смертью. Архимаг еще жив, и нужно срочно его найти. Конечно, Астер не пренебрегает осторожностью, револьвер держит наготове и прислушивается к каждому шороху.

Впереди появился небольшой зал, с множеством колонн. В отличие от помещений, которые до этого посещал чистильщик, тут трупов и следов боя нет.

— Вроде никого, — прошептала Ника.

Оглядываясь по сторонам, Астер осторожно вошел в зал. Запах усилился, чистильщик развернулся.

— Это ты, Астер? — раздался удивленный возглас.

Из-за колонны вышел прозрачный силуэт. Через несколько мгновений он обрел цвета. Жилет Ностальфа порван, на лице кровоподтеки, шляпу он тоже потерял, как и монокль, левый рукав рубашки отсутствует, рука обгорела, но в целом архимаг выглядит сносно, и каких-то критических ран нет.

— Да, мэтр, — с поклоном произнес Астер.

— Освобождение из ловушки — твоих рук дело?

— Да.

— Молодец! Если бы не ты, то мы бы все погибли. Получается, я жизнью тебе обязан?

Астер неопределенно пожал плечами.

Сейчас не время спрашивать о том, откуда ты узнал, главное, что мы выбрались и, похоже, смогли победить. Нужно идти на выход, — разворачиваясь, произнес Ностальф. — Ты знаешь, как нам выйти?

Грохот выстрела эхом пронесся по залу. Ностальф вздрогнул, опустил взгляд. Пуля, ударившая в спину, прошла насквозь и, пробив грудную клетку, с кусочками плоти вылетела и ударилась о ближайшую колонну, оставив в ней неглубокую дымящуюся дыру и пятно крови вокруг нее. Прогремел еще один выстрел, а затем еще. Ностальф, получив три ранения, качнулся из стороны в сторону. Рот заполнился кровью, все силы моментально покинули тело, ноги начали подгибаться, а руки стали тяжелыми, словно сделанными из свинца. Из последних сил он обернулся, посмотрев на бесстрастное лицо Астера. Изо рта выплеснулась кровь.