Тонкий звон, раздавшийся в ушах, привел меня в чувство. В груди было пусто, по ощущениям, словно оба резерва сил вычерпал досуха. Ноги подкосились и я рухнул на колени, а затем и вовсе стал заваливаться на бок. Окружающее пространство стала затягивать пелена беспамятства, но я все же увидел, как стремительно уменьшается очищенное мной от Кривды пространство. Затем навалилась темнота, сквозь которую послышались голоса Сварога и Учителя:

— Ты видел, брат? Он смог это сделать!

— Потом обсудим, нужно вытаскивать Ученика отсюда! Да влей ты уже в него силу, видишь же, насухо выжег резерв! — Голоса стали удаляться, а затем я вновь растворился в ничто и нигде. Боль, усталость — все исчезло, только мое сознание существовало и могло мыслить.

— Тёмный, ты хоть представляешь, что смог сделать? — Раздались в нигде мысли Солнцеликого, — нет, ты не представляешь, слишком слаб ещё. Брат, следующий урок проведу я, ты не против?

— Нет, Сварог, я не против. Ученик, следующий урок будет через неделю, наши планы изменились. Постарайся за это время не погибнуть!

Мое сознание сначала затянуло в воронку, а затем вышвырнуло в реальный мир, вернув в тело. Я тут же вскочил на ноги, а от лежащешо рядом с кроватью пояса сорвалась серебристая капля, ударившись в ладонь рукоятью боевого молота. «Покров могущества» был наброшен в тот же момент. Я стоял, замерев, словно статуя и вслушивался в ночную тишину. В спальной комнате, кроме меня, явно кто-то был. Использовав поиск порождений Кривды и ничего не обнаружив, применил ещё одно умение охотников Аракс, и вновь никого.

— Брат, я же говорил тебе, что почувствует, — раздался от двери знакомый голос. Только что там никого не было, а в следующий миг проявились две высокие фигуры.

— Силён, — ответил Сварог владыке Нави, — Тёмный, ты знаешь, чем отличается охотник Аракс от магистра ордена?

Я отрицательно покачал головой, подавив желание сказать о Полуденном солнце. И не пожалел!

— Магистры получают от меня дар, или умение — не важно, как это называют, важно, как примет его дух воина! Это закон нашего мира и не является вмешательством в жизнь смертных. Ты тоже удостоился подобной чести, но сменил свой путь, а потому дар тебе преподнесет мой брат.

— Будет больно, Ученик, — Чернобог взмахнул левой рукой и в мою грудь тут же ударил сгусток тьмы, мгновенно впитавшийся в тело. Сердце тут же сковало льдом, замедляя его стук вдвое. Я невольно отступил на шаг, схватившись рукой за левую часть груди, которую словно пронзило ледяным шилом. Через окна попадало достаточно лунного света, чтобы увидеть, как мое тело покрывает морозный иней. В голове появилась медленная, тягучая мысль — что-то пошло не так! Учитель это понял и произнёс, — брат, помогай, или Тьма убьет его! Отвлеки паразита древних, он мешает!

Перед глазами вспыхнуло сообщение от «Стража» — «Зафиксировано постороннее вмешательство, проводится анализ. Есть угроза жизни носителю, запущен протокол защиты.»

И в этот момент что-то яркое, на мгновение осветив комнату, ударило мне прямо в лицо, ослепляя. Вспышка боли, заставившая исчезнуть сообщение, а следом из головы к сердцу устремилась волна тепла, нанося удар по лютой стуже, распространяющейся по всему телу. Чувствуя, что ноги могут в любой момент подкоситься, я ещё шагнул назад и тяжело опустился на ложе, продолжая держаться руками за сердце.

— Держись, Ученик, сейчас станет легче, — словно сквозь стену, послышался голос Владыки Нави, — Хаос внутри тебя стал сильнее после посещения Кривды. Паразит в твоей голове смог взять его под контроль, а это очень плохо.

Легче не стало. Меня внезапно скрутила такая боль, что в глазах полыхнуло багровым, а каждую частицу тела поразило молнией. Я чувствовал, как во мне бьются три стихии, за право, кто будет управлять моим телом, моей душой. Впервые за долгое время я выругался сквозь стиснутые зубы. Кто дал этим силам решать за меня? Здесь один хозяин — я!

Моя воля обхватила все три стихии и заключила их в непроницаемый шар. Удивительно, но Тьма и Свет сразу же подчинились, замерев неподвижно, лишь Хаос продолжал метаться, пытаясь разрушить оболочку, ограничивающую его. Ну уж нет, хватит! По какому-то наитию я приказал Тьме охватить бьющийся сгусток черно-рыжего пламени охватить с одной стороны, а Свету — с другой, заключая таким образом Хаос в сферу. Полностью сосредоточившись на контроле, я щедро вливал свои силы в получившийся шар, делая его с каждым мгновением прочнее. Хаос внутри продолжал биться, пульсировать, но с каждым всплеском ярости стихия становилась слабее, а давление Света и Тьмы все усиливалось. И в момент, когда ярость пламени совсем остановилась, я понял — Хаос покорён!

— Ученик, ты в который раз смог удивить меня, — голос Чернобога прозвучал почти над ухом, — покорить одну стихию, используя две других, являющихся противоположностями! Брат, ты слышал о таком когда-нибудь?

— Хм, разве что наш затворник может создать артефакт, содержащий обе силы, но чтобы три, это вряд ли, — голос Сварога располагался с противоположной от Учителя стороны, — думаю, нужно помочь Тёмному, хотя я теперь даже не знаю, какова суть твоего ученика. Может он теперь Светлый, или ещё какой, мы с подобным не сталкивались. Даже дочь Перуна, когда пошла в разнос, не смогла объединить в себе две стихии.