— Ты серьезно?

Он улыбнулся.

— А почему бы нет?

Однажды Пол сказал мне, что может пойти в любой паб Вестона, кроме «Звезды». Такое заявление мне запомнилось, учитывая, что вообще трудно представить себе место, куда Пол побоялся бы пойти. Я даже подумывала отправиться туда одной и посмотреть, что там такое, справедливо полагая, что для женщин там может оказаться безопаснее, чем для мужчин. Я посмотрела на Нила и подумала: что это — наивность или смелость?

— А ты раньше там был?

— Конечно.

— Я считала, что это притон.

— «Звезда»? Может, по пятницам, но у меня никогда не было проблем. Ты хочешь пойти куда-нибудь еще?

— Нет, — ответила я. — Пошли туда.

Что до Ванессы, так диагноз ее состоянию поставить было легко. Ее мозг хотел избавиться от Ли, а тело противилось этому. Как потом выяснилось, это уже в четвертый раз она начинала заигрывать с кем-нибудь на глазах у Ли, а он терпеливо выжидал, когда она перебесится и вернется к нему. Она не могла понять, почему все у них так сложно. До Ли у нее было много разных мужчин и она не боялась случайных связей. Но сознание того, что, как только она заведет себе кого-нибудь другого, Ли будет для нее потерян, делало такой разрыв невозможным. Тот эпизод с бокалом в среду, во время вечеринки, — это было все, на что она смогла отважиться. И она хорошо осознавала, что все это выглядело неубедительно.

Два года тому назад Пол решил расширить свой рынок, попытавшись продавать пабам неоновые вывески. Он отправил меня с образцами по адресам, но мне ничего не удалось продать. Я не могла наладить такое же взаимопонимание с владельцами пабов, какое имела с владельцами ресторанов. Эта порода людей оказалась недоступна моему пониманию, мне не удавалось взять их на крючок. Когда Нил познакомил меня с владельцем «Звезды», я сразу поняла по суровому выражению его лица и по тому, как, наливая «Тиа Мария», он избегал смотреть мне в глаза, что он принадлежит к славной братии владельцев пабов.

Мы отыскали столик у игрового автомата. Я все еще нервничала, опасаясь, что завсегдатаи только делают вид, что принимают Нила за своего, оставляя разборку с ним напоследок, чтобы развеять скуку. Нил окликнул мужчину с бледным лицом, светлыми волосами до плеч и крысиными усами.

— Джим, это Сара. Как твой рот, Джим?

— Вроде ничего.

— Джим ужасно напился на днях и на спор стал жевать битое стекло, — объяснил мне Нил. — Сколько швов тебе наложили?

— Восемь.

— А сейчас все в порядке?

— Да, нормально. Вот только если я попадаю языком на ранку, сразу во рту появляется привкус, будто я наелся дерьма.

— Когда уезжаешь в отпуск? — спросил Нил.

— Во вторник.

— Так, слушай меня. В понедельник иди в аптеку и купи противовоспалительные таблетки. Если у тебя во рту появился такой привкус, значит, созревает абсцесс. А если в Испании у тебя появится абсцесс, то ты ничего не сможешь делать, и боль будет такая, что искры из глаз посыпятся.

— У тебя было такое? — спросила я, пораженная его познаниями в этой области.

— Однажды у меня был абсцесс под зубом. Пришлось вырывать зуб и вставлять дренаж в десну. Из-за этого я стал сплевывать. Я раньше терпеть не мог, когда кто-то плевался, но, когда у меня во рту начала скапливаться эта гадость коричневого цвета, приходилось избавляться от нее.

— У меня плевки зеленые, — сказал Джим, смеясь.

— Что тебе еще надо? У тебя внутри ведь нет ничего зеленого.

— Да ладно, начхать, — отмахнулся Джим. — Неохота с этим возиться. Пойду выпью еще стаканчик.

Я прикрыла рот ладонью. Мне никогда в голову не приходило так относиться к своему телу, тем более допускать, что кровь в моих сосудах может превратиться в отраву. Джим похлопал Нила по плечу, встал и, спотыкаясь, пошел к своим приятелям. Остальные посетители не выглядели так уж жутко, было даже несколько пар, которые вели интимные беседы за пинтой пива. Я знала намного худшие места в Вестоне и не могла понять, почему Пол исключил для себя этот паб.

— Помнишь тот первый вечер, когда ты пошел со мной?

— Конечно.

— Вообще-то мне хотелось, чтобы ты остался со мной в одной комнате. Я так обрадовалась, когда Пол сам это предложил.

— Не лги, — сказал Нил. — Я видел, как ты посмотрела на него.

Его прямота покоробила меня.

— Ладно, мне действительно не хотелось, чтобы ты видел беспорядок в моей комнате, но зато мне хотелось слышать твое дыхание.

— Мое дыхание?

Я кивнула.

— Так здорово слышать еще чье-то дыхание в темноте, правда?

Нил рассмеялся.