– Кабальеро!
– окликнул меня кто-то: - Кабальеро!

Я оглянулся. Меня догонял один из только что оставленных мною людей.

– Меня послал патрон, кабальеро, - промолвил он, - не можете ли вы взять с собой домой вашего друга?

– Ах, да... padro! Padro!..
– В течение всего этого времени я не видел его и не думал о нем.

Я пошел обратно, пролез через кактусовую изгородь. На земле все еще лежали, привязанные к ней, кровавые массы. Над ними склонился padro и ласково поглаживал руками эти жалкие разорванные тела. Но я прекрасно заметил, что крови он не касался. О, нет. Только по воздуху двигались его руки...

И я увидел, что это были тонкие, нежные, женские руки...

Его губы шевелились.

– Прекрасная сальса!
– шептал он.
– Великолепный красный соус из томатов!

Пришлось силой оттащить его от трупов.

Он не мог сам оторваться от созерцания. Он заикался и пошатывался на своих тощих ногах.

– Слишком много водки!
– смеялся один из зрителей. Но я знал, что padro не пил ни капли.

Хозяин снял шляпу. Остальные последовали его примеру.

– Vayan ustedes con Dios, Caballeros!
– промолвили они.

Когда мы вышли на дорогу, padro добровольно пошел за мною. Он сжимал мою руку и бормотал:

– О, как много крови. Как много дивной красной крови.

Как свинцовая тяжесть, повис он на мне. С усилием дотащил я одурманенного до Альгамбры. Под башней Принцессы мы остановились передохнуть и уселись на камне.

После долгого молчания он медленно промолвил:

– О, жизнь! Какие дивные наслаждения дарит нам жизнь! Как радостно жить!

Холодный, как лед, ночной ветер обвеял наши виски. Я озяб и услышал, что и padro стучит зубами. Его кровавое опьянение медленно отлетало от него.

– Не хотите ли пойти?
– спросил я.

Я снова предложил ему руку.

Он отказался.

Молча мы стали спускаться вниз, к спящей Гренаде...

Гренада (Альгамбра). Март 1905