– Ау! – звереныш удивленно посмотрел на меня.

Даже воин, которого Рычок назвал Ингольвом, остановился, увидев эту картину, и покосился на небо.

– Неслыханно! – только и сказал Ингольв, – Я слышал о наглом нуле, но чтобы так. Белые совсем опустились, – он покачал головой.

– Чего встал? – не обращая внимания на зверя, сказал я Волчонку, – Ты его с одной стрелы положишь, – и я похлопал по тулу, висящему на поясе.

Тот, глядя на меня круглыми глазами, кивнул и поднял арбалет. Болт с красным оперением уже лежал в ложе.

– С одной стрелы? – переспросил Ингольв и засмеялся, – С каких это пор белые ублюдки могут стрелы чаровать?

Он присмотрелся к Волчонку и его брови подпрыгнули:

– Второй коготь? Ого, неплохо для белой швали.

Рычок, упрямо поджав губы, выстрелил. Серый Волк даже не пытался увернуться, а просто перехватил стрелу в полете и удивленно посмотрел на нее.

– Это что? Зубочистка? – он заржал так, что схватился за живот, – Даже не верится!

Волчонок беспомощно глянул на меня, я сказал:

– Заряжай следующую, я попробую отвлечь.

Услышав это, Ингольв проревел:

– Да как ты посмел, гавно нулячье? На колени!!!

Рычок поспешно натягивал тетиву, а я вышел чуть вперед, выставив копье:

– Эй, зверье пустое!

Тот круглыми глазами посмотрел на меня и снова покосился на небо. Я только покачал головой – да они тут все одинаковые.

– Потомок ублюдка, – сказал я, и нараспев добавил, радуясь воображению, – Грязь на белой шерсти!

Сзади даже Волчонок ахнул, а разъяренный Ингольв покраснел, как рак, сделал шаг вперед и проревел:

– Убью-ю-ю!!!

Рычок рядом поднял арбалет, я приготовился отражать атаку. Сейчас нам придется сложно.

Но дальше произошло чудо, по-другому не назовешь. Серый Волк хищно улыбнулся:

– Сейчас ты узнаешь, что такое настоящие стрелы, – тут он взял и откусил наконечник болта.

Выкинув обломок, зверь презрительно сплюнул наконечник и потянулся за своими луком и стрелой. Но, только коснувшись плеча лука, Ингольв вдруг сказал:

– Что за… – и упал.

Мы с Рычком переглянулись, затем Волчонок ошалевшими глазами посмотрел на арбалет.

– А ты боялся, – усмехнулся я.

Мы подошли к телу, когда с него сорвался огонек духа и влетел в грудь Рычку. Волчонок расплылся в улыбке:

– А ведь я отомст…

Тут Рычок дернулся и выплюнул кровь, на его груди слева разошлась кожа и обнажилась плоть, а из раны заструились золотистые искорки, сливаясь в подобие клинка. Я в шоке кинулся к нему, но меня толкнула неведомая сила.

Мое тело снова спас дар Скорпионов. Пролетев несколько метров, я сгруппировался, и, кувыркнувшись по земле, вскочил почти без ушибов.

– Здравствуй, просветленный, – прокатился по площади трубный голос.

За спиной Рычка, как в фантастических фильмах, из воздуха соткалась фигура. Ее контуры тлели, покрывая золотистым огнем появляющиеся крылья, солнечный свет заиграл на золотых доспехах.

Волчонок сполз с клинка и упал, а ангел выпрямился, направив в мою сторону светящийся меч. Он был не меньше двух с половиной метров ростом.

– Кто ты? – в панике закричал я, бегая глазами между корчащимся Рычком и новым врагом.

– Тиохиль, страж Каэля, – расправив крылья и воздев подбородок, произнес ангел, – Смотри на меня, просва. Ты зришь свою смерть!

Мои мысли метались, теперь я понял, из-за кого мое чутье спало. Но вот почему я не увидел ангела?

Понимая, что шансов сбежать нет, я заорал и кинулся вперед в надежде на удачную атаку. Копье выстрелило вперед, я целился в подбородок.

– Жалкий ноль, – Тиохиль поднял руку, будто собираясь просто остановить копье ладонью.

Не знаю, чего он ждал, но ангел вскрикнул, когда копье пронзило выставленную ладонь. Морщась от боли, он резко дернул оружие, вырвав у меня из рук. Древко воспламенилось, и наконечник со звоном упал на землю.

Ангел улыбнулся мне… и исчез.

– Зачем ты здесь? – я крутил головой, – Зачем тебе я?

Никого вокруг. Тишина везде, даже в моих ощущениях. Слышно только тихий стон Рычка.

– Молва о тебе дошла до Медоса, – голос шел отовсюду, – Нужно остановить ересь.

Паника овладела мной, я кувыркнулся к мертвому Ингольву и вытянул из колчана зачарованную стрелу. Перехватил ее ближе к наконечнику, который был не меньше моего ножа.

Но как биться с врагом, которого не видишь и не чуешь?