— Я искренне рад приветствовать тебя здесь, друг Антшот, — раздался добродушный звучный голос за спиной.

Поворачиваюсь. Жрец-гном? Не может быть!

Броин, жрец перемещения, гном

— Ого… — только и сказал я.

Броин, как и положено гному, был низкорослым и с длинной бородой, когда-то бурой, но теперь уже изрядно поседевшей. Синие одежды культа эльфар были перекроены под гномий манер, и это получалась не мантия, а куртка со штанами. За поясом у гнома был заткнут гаечный ключ, инкрустированный камнями, а рядом, под его рукой, чуть слышно тарахтел странный агрегат, похожий на тумбочку с лампой-проектором сверху.

Лампа проецировала в пространство ту самую сферу телепортации, которую умел раскрывать каждый жрец перемещения. Я слышал, что у гномов магия граничит с техникой, но чтобы вот так?

— Странник удивлен чему-то? — насмешливо спросил Броин.

Вот что значит кровный друг города. Даже «местные» безбоязненно начинают разговор с игроком, и не надо к ним пробиваться через мишуру витиеватых фраз.

— Гномы и магия… — сказал я, — довольно странное сочетание.

— Тут ты прав, друг Антшот, магия нам дается с трудом. Но мы нашли к ней надежную дорогу, — он похлопал по проектору, — И дорога эта лежит через технологии.

Я вздохнул. Блин, у этого «местного» наверняка можно выведать много чего интересного, но нет времени.

— Броин, так хочется побеседовать с тобой, — осторожно сказал я, опасаясь задеть тонкое восприятие энписи, — Но я спешу…

Не знаю, как настроили разрабы эмоции у «местных», но мне все время кажется, что они немного гипертрофированы. Поэтому никогда не знаешь, как отреагирует собеседник на, казалось бы, безобидную фразу.

— Всегда буду рад видеть тебя здесь, друг Антшот, — гном улыбнулся и почтительно приложил руку к груди, зарыв всю пятерню в бороду, — Сафира вечно благодарна тебе.

Я по-дружески махнул «местному» и пошел сквозь игровую толпу. Впрочем, уже через несколько секунд я понял, что иду без особой цели.

Тренькнул приват. А это уже Вестник:

«Антшот, ты в Рэйхане?»

Быстро отвечаю:

«Буду через пятнадцать минут!»

«Ок. Иди сразу в храм».

Ага, Гидра уже мутит свой движняк. Значит, надо поторопить друга:

«Макс, я в Сафире, на площади».

«Сейчас буду».

Я подошел к штабелям с досками и бревнами. Кучи стройматериалов были выше меня, и здесь же среди сложенных рядов ходило несколько работников-«местных». Там все было завалено опилками, а на козлах стояло бревнышко, которое только-только отпилили до нужной длины.

— Ребята, как, работы еще много? — я дружелюбно махнул рукой, и не удивился, когда они, увидев меня, расплылись в улыбках.

— Да, друг Антшот, еще достаточно, — откликнулся коренастый человек, оттаскивая отпиленный кусок.

— Мэр вознамерился заодно провести реконструкцию, будь она неладна, — проворчал его напарник, тоже человек.

Я улыбнулся. Совсем как настоящие люди, все те же проблемы. «Местные» тоже улыбались мне, но вдруг, посмотрев мне за спину, их улыбки быстро исчезли, сменившись настороженностью.

— Здорово, Антоха! — меня окликнул знакомый голос.

Я обернулся.

Ксеркс, шаман «говорящий с духами», 70 уровень, орк

— Здорово, Макс.

Сзади я услышал легкий шепот работников: «Этим здесь чего надо?» Что-то не привечают тут местные Мстителей.

— Что хотел-то?

— Макс, где наша команда? Ты знаешь, кто сейчас чем занимается?

Ксеркс был высоким и худым орком, обвешанным черепками, косточками и всякими бусами, и одетым по примеру шаманов африканских аборигенов, только в хорошие ткани. Он обернулся, настороженно оглядывая толпу игроков на площади, и поманил в узкий проулок:

— Пошли, поболтаем.

Мы прошли в подворотню, куда свет трех солнц за весь день почти не попадал. Проулок располагался между стенами торговых магазинов, и чуть дальше были черные ходы, возле которых высились груды ящиков и коробок. Едва мы скрылись от лишних глаз, Ксеркс быстро заговорил:

— Мстители там рвут и мечут, Антшот. Ты чего такого Крутышу наговорил? Брутто теперь всех шпыняет, чтобы узнали, кто ты такой!

Я усмехнулся:

— Правду я сказал Крутышу. Клану Мстители конец!

Ксеркс округлил глаза и присвистнул:

— Ни хрена ж себе!

Тут он покачал головой и настойчиво произнес:

— Бросай это дело. Он и меня скоро тряхнет, когда вспомнит, что я в Парящих был.

Я решил, что уже пресытился вниманием всех этих предвестников страшной беды, и перешел в нападение:

— Макс, думаешь, я просто так это делаю? Я теперь знаю, это Мстители подставили меня на соревнованиях. Как тебе это, не ожидал?

Ксеркс закусил орочью губу, и так оттопыренную небольшим клыком, и, вздохнув, сказал: