Рейф не удивился, что она знает его имя. Всем в лагере было известно, что он должен прилететь вместо Патрика, чтобы все самому оценить и на месте руководить операцией.

– На это потребуется время и кое-какие дополнительные впечатления...

– Но ведь вы, говорят, эксперт в подобных делах, не правда ли, мистер... насмешливо заметила она.

– Рейф. Я бы предпочел, чтобы вы называли меня Рейфом.

– Как вам будет угодно.
– Было ясно, что ее это ничуть не занимает. Она вообще была не похожа на женщину, которую волнуют подобные пустяки, особенно в подобной ситуации. Если бы ему этого захотелось, она готова была называть его Джорджем или любым другим именем.

Усмехнувшись, женщина подошла немного ближе.

– Ну так как, Рейф?

Он медленно и очень пристально оглядел ее с ног до головы. Любая на ее месте почувствовала бы неловкость, может, даже покраснела бы под таким откровенно изучающим взглядом. Только не она. Его это слегка позабавило, и он, пожалуй, немного дольше, чем требовалось, разглядывал ее фигуру, прежде чем снова взглянуть в лицо. Все это время Джо Коллинз беспокойно переводил взгляд с одного на другую.

– Закончили?
– Она стояла, положив руки на бедра, немного расставив ноги, подбородок вызывающе вздернут вверх.
– Как вы меня находите, мистер Кортни?

– Рейф, - напомнил он.
– На сегодня закончил.

– И что?
– Ее непросто было смутить. На минуту повисла напряженная тишина.

– Ну что ж, раз вы настаиваете, - медленно начал Рейф.
– Рост без сапог примерно метр шестьдесят, вес с сапогами - около пятидесяти. Волосы до плеч, темно-каштановые, почти черные, возможно, на солнце немного чуть отливают золотом. Слегка вьются. В данный момент перевязаны первым, что попалось под руку. Во время заданий, полагаю, вы прячете их под шляпой.
– Он подождал, пока она согласно кивнет, и продолжил описание:

– Овальное лицо с высокими скулами. Кожа гладкая - видимо, хорошо загорает, но не склонна обгорать. Нос немного искривлен, подозреваю, результат перелома. Брови красивые, широкие и темные. Глаза...
– Он замолчал, но только для того, чтобы перевести дыхание.
– При этом мутном свете трудно сказать наверняка, но думаю, они слишком темные, чтобы назвать их голубыми или серыми, и слишком светлые, чтобы назвать их карими. Может, цвета выстоявшегося шерри?
– Вопрос явно не предполагал ответа, и Рейф продолжил описание:

– Волевой подбородок, прекрасно демонстрирующий ваше настроение, и рот, кажется, будто специально созданный для улыбок.
– Но никто и не подумал улыбнуться, и Кортни продолжал перечислять особенности ее внешности нарочито спокойным, ничего не выражающим тоном, словно оглядывал вещь, прикидывая в уме, подойдет ли она для задуманной цели:

– Саймон, конечно, тщательно продумал, кого прислать для столь необычного задания, а значит, вы, безусловно, в прекрасной физической форме. На мой взгляд, правда, немного худоваты. Хотя вы, без сомнения, достаточно сильны для вашего роста. Фигура спортивная, скорее, пожалуй, мальчишеская, но без угловатости.
– И, еще раз окинув ее оценивающим взглядом, пробормотал уже почти про себя:

– И как бы вы ни были одеты, ни один мужчина в здравом уме никогда не забудет, что вы женщина. Мне продолжать, мисс?..

– O'Xapa, - поспешил Джо Коллинз, извиняясь, что забыл их как следует представить.
– Валентина.

– O'Xapa, - повторил Рейф. Пожалуй, она и должна была быть ирландкой. Настоящая ирландка.
– Мне продолжать, мисс O'Xapa?

– Сделайте одолжение.
– В первый раз на ее доселе бесстрастном лице промелькнуло легкое раздражение.
– Может, посмотрите зубы, чтобы определить возраст?

Рейф позволил себе усмехнуться.

– В этом нет никакой необходимости. Ваши лицо и тело говорят, что вам двадцать два, зато глаза сообщают - тридцать два, тридцать три. Лично я склонен больше доверять глазам.

– Браво.

Вы очень наблюдательны. Мне - тридцать три.
– Развернувшись, Валентина сделала несколько шагов в сторону палатки, из которой появилась, и остановилась около стола - на нем лежала винтовка. Приподняв чехол, она привычным жестом погладила черную, до блеска отполированную поверхность ствола. Проведя еще раз пальцами по этой опасной, но явно любимой и хорошо ухоженной игрушке, женщина снова повернулась к Рейфу и насмешливо процедила:

– Вы разочаровали меня, мистер Кортни.

– Чем же, мисс? Меньше всего мне хотелось бы разочаровать вас. Валентина рассмеялась.

– Все, что вы описали, мог заметить любой глаз и отразить любое зеркало. Я ждала от вас большего. Как? Никаких вопросов по поводу моего умения? Никаких сомнений в том, подхожу ли я для этого задания и действительно ли смогу освободить ребенка Патрика Маккаллума?

– Мне нет нужды задавать эти вопросы, и у меня нет сомнений в ваших профессиональных данных. Потому что я знаю Патрика Маккаллума, знаю, что он все продумал досконально, прежде чем доверить вам жизнь дочери. К тому же выбрал вас Саймон, значит, вы - лучшая из лучших. Никаких других рекомендаций мне не требуется.