Старый кролик тяжело опустился на землю. Его лапы тряслись от дряхлости. Матиас поставил свою миску перед ним и накинул на его озябшее тело кусок холстины. Странное создание, не обращая никакого внимания на пищу, продолжало свое бормотание о смерти и гибели. Щекач пригляделся к кролику.

– Он не в себе. В голове - один черный туман, - заметил он.

Бэзил бросил на выдренка строгий взгляд:

– Веди себя прилично со старшими.

Матиас, в свою очередь, наградил таким же взглядом Бэзила.

– Послушайте этого наставника! Мне не кажется, что ты можешь служить хорошим примером для Щекача.

Воин присел на корточки напротив старика, указывая на черные силуэты двух скал:

– Скажи мне, что находится за этими скалами?

Сначала показалось, что кролик понял вопрос. Он поглядел в направлении барсука и колокола, покачивая головой.

– Смерть и тьма, ужас и злоба.
– затянул он опять, потом затих и больше не произнес ни слова.

Орландо стоял опершись на свой боевой топор.

– Никакого толку расспрашивать, Матиас. Бедняга от ужаса совсем рехнулся. Оставь его здесь с этой холстиной и похлебкой. Может, позже он придет в себя и поговорит с нами.

Белка Джесс тряхнула хвостом:

– Интересно, что довело его до такого состояния? Должно быть, нечто ужасное, если он так испуган. Смотри, Матиас, он поднимается.

Старый кролик медленно встал. Подходя к Матиасу, он поглаживал холстину лапой, словно это было какое-то роскошное одеяние. Остановившись перед Воином, старик отвязал от своей лапы сплетенную из травы тесемку, на которой висел кусочек камня. Не произнеся ни слова, он вложил камень в лапы Матиаса и побрел обратно во тьму, кутаясь в холстину, как в плащ. Лог-а-Лог и Джабез преградили ему дорогу, но Матиас жестом отстранил их:

– Пусть его идет, бедное создание. Ему, кажется, очень полюбилась эта холстина. Может быть, он дал мне это в обмен на нее.

Бэзил рассмотрел камень, свисавший с травяного браслета.

– Забавная штуковина. Что бы это могло быть, как полагаешь?

– Понятия не имею. Кажется, это изображение мыши. Наверное, это какое-то украшение. Он отблагодарил нас за то, что мы проявили к нему участие.

Матиас привязал камень к ремню для ножен и сел с друзьями, чтобы закончить ужин.

Ущербная луна проливала неверный, мерцающий свет на пространство у подножия двух скал. Летняя ночь была теплой, но пугающе тихой. Юб всхлипывал во сне, и Тэсс гладила его по голове, пока он не затих. Аума пристально вглядывалась в странные темные скалы, высившиеся во мраке как пара часовых.

– Не нравится мне здесь, - сказала она, содрогнувшись.
– Всю свою жизнь я прожила у гор Западной Равнины. Они были приветливыми и солнечными. А эти нет.

Тим потянулся к каменной стене и потрогал ее. Она еще хранила дневное тепло.

– Обычные камни, такие же, как и любые другие. Просто природа лепит их по-разному, - успокоил он ее.

– Тихо там! Закройте глаза и спите, не то отведаете моего прута.

Трехпалый прошел мимо, похлестывая своим ивовым прутом. Удостоверившись, что они затихли, он вернулся к Слэгару.

Хитрейший стоял между скал, его шелковая маска ярким пятном выделялась на их темном фоне. Он обернулся, услыхав, что подходит Трехпалый:

– Все спокойно?

– Ага, они заснули, хозяин.

– Прекрасно, скоро мы избавимся от них.

– Где находится место, куда ты ведешь их, Слэгар?

– Ты решил меня порасспросить, Трехпалый?
– резко спросил лис.

– Нет, что ты, хозяин. Просто мне не терпится узнать, когда окончится наш путь и где это будет.

– Не волнуйся, я позабочусь о тебе и об остальных. Говорю это, поскольку знаю, что могу доверять тебе. Послушай, приятель, ты из тех, на кого я всегда могу положиться. За другими - особенно за Полухвостом и за этим недомерком Витчем - все время нужно присматривать. Скоро мне придется отлучиться на день или два. Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня: последи за ними, не спускай глаз. Я оставляю тебя за старшего.

Трехпалый был горд и доволен собой. Никогда еще он не слыхал, чтобы лис в маске называл кого-то "приятель". Он чувствовал себя в привилегированном положении, когда стоял и запросто разговаривал с вожаком на равных.

– Доверь мне это, хозяин. Я глаз с них не спущу, пока тебя не будет. Ха! Полухвост и Витч, горностай и крыса, разве можно им доверять? Тебе нужен хороший, преданный парень-ласка - вроде меня.

Слэгар похлопал Трехпалого по спине.

– Ты понял меня с полуслова.
– рассмеялся он.
– Ты - именно такая ласка, какая мне нужна. Послушай, когда все окончится, мне понадобится хороший парень в качестве моей правой лапы, который разделил бы со мной власть и богатство. Ну, договорились?

Трехпалый сердечно пожал лапу Слэгару:

– Договорились, хозяин! Положись на меня!

– Так я и делаю. Теперь иди и наблюдай за этим сбродом.

Трехпалый браво отдал честь и зашагал прочь с гордо поднятой головой.

– Дурак!
– Слэгар злобно усмехнулся под своим шелковым колпаком, провожая ласку взглядом.

Полухвост дремал у скалы-колокола, когда Слэгар растолкал его.

Бандит пытался сделать вид, что и не думал спать.

– Это ты, хозяин? Я просто тихо лежал здесь, наблюдая за пленниками, притворился он.