ИГРОК, ВЫ ВПЕРВЫЕ НАХОДИТЕСЬ В СТОЛИЦЕ ИМПЕРИИ ЛЮДЕЙ.

ДО ПОЛУНОЧИ ВЫ ДОЛЖНЫ ИЛИ ПОСЕЛИТЬСЯ В ГОСТИНИЦЕ, ИЛИ КУПИТЬ СВОЙ ДОМ, ИЛИ ПОКИНУТЬ ГОРОД.

НАКАЗАНИЕ ЗА НАРУШЕНИЕ — МЕСЯЦ ОБЩЕСТВЕННЫХ РАБОТ. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

Местное гостеприимство больше похоже на запугивание. Карта города у меня есть — не исключено, что у меня самая полная карта этого мира. Смотрю на нее — я, как оказалось, нахожусь у южных ворот города, интересно почему? Предположим, что отсюда ближе до обители Богов. Или все же нет? Бог их знает.

Гостиницу я выбрал еще до регистрации. «Везучий скалолаз» находился в относительно безопасной части города, не очень далеко от центра. Там было чисто, кормили вкусно, а главное — было недорого, по меркам столицы. Поселиться там мог не каждый, хозяин — НПС — брал на постой только путешественников или охотников, много где побывавших и много чего повидавших… Как он отличал их от всех прочих, нигде не бывавших, было непонятно. Но я, по идее, должен был бы ему подойти.

Вот и она — в плотном ряду примыкающих друг к другу каменных домов в два-три этажа, гостиница выделялась яркой вывеской, на которой на фоне гор был изображен некто, надо полагать, хозяин. Дверь оказалась не заперта, и я вошел внутрь. Судя по шуму в доме, прислуга уже проснулась, а с кухни слышалось звяканье посуды.

Небольшой зал, в котором я оказался, был очень симпатичным. Десять столиков, накрытых чистыми белыми скатертями, пустовали. У стойки бара стояли два табурета. Уютно, чисто, порядок и надежность. Во все это сразу хотелось верить. Мне здесь, похоже, понравится.

— Привет, парень! Все, что принес, тащи на кухню! — в зал вошел мужчина в полном расцвете сил. Бодрый и румяный крепыш, лет тридцати с гаком, в самом деле чем-то похожий на свою вывеску. Точнее, на изображенного на ней скалолаза. Уровень 121. Трактирщик.

Если я отнесу на кухню все, что принес, разрушится кухня, да и весь дом, а то и целый квартал — не стал я говорить ему.

— Это недоразумение, я слышал, что бывалые путешественники могут найти здесь приличное жилье и спокойно отдохнуть с дороги. Если это так, то я хотел бы обсудить условия с хозяином.

— Парень, у тебя десятый уровень. Какой ты бывалый, где ты мог побывать? Ты, должно быть, хочешь меня обмануть? — он насмешливо улыбался, но последняя фраза была предупреждением. Заселение в гостиницы и трактиры на Терре было равнозначно регистрации в реале. За ложь наказывали строго — полгода на рудниках.

Желающих там оказаться не было, но по несколько игроков в месяц умудрялись туда попасть. Впечатления бедолаг от этого приключения зависти не вызывали, а их претензии к администрации на компенсацию за издевательства оставались без ответа. Закон есть закон. Каторжник стереть перса не может, иначе ему грозит пожизненный бан. Прецедентов, чтобы кто-либо навсегда покинул игру по собственной воле, еще не было.

— Ты прав, уважаемый. Мест, где я побывал, немного, но места эти далеко и немногие бывали там.

— И ты готов показать мне карту тех мест? — он все еще смотрит на меня недоверчиво.

— Да.

Мой оппонент впился в меня глазами. По-моему, он решил, что легко сможет заработать на глупости удачливого нуба. Но нуб решил иначе:

— Да, если ты тоже поделишься равноценной информацией. Тогда мы сможем заключить сделку под клятвой всем богам, — это уточнение пригасило его энтузиазм.

— Я давно продал все свои карты в гильдию Картографов.

— Когда мне понадобятся деньги, я поступлю так же. Или продам их кланам, а, может быть, это выгоднее сделать через аукцион? Ты давно продал свои? Что посоветуешь?

— Ты знаешь, чем грозит ложь при заключении договора о поселении в гостиницу? — тон нашей беседы заметно изменился, из смешного новичка я превратился в серьезного клиента.

Велика сила слова!

— Знаю и готов принести клятву, — мои надежды на постой в этой гостинице становились реальностью.

— Странный ты — слабый и необычный, но интересный, я бы предложил тебе пожить здесь, но ты не знаешь моих порядков…

Так, дело резко ухудшается, нужно в разговор внести коррективы, и срочно.

— Почему же не знаю, уважаемый, я бы не стал жить неизвестно у кого. Даже в Столице можно попасть в лапы мошенников, воров и убийц. О твоей гостинице я узнал от лучшего друга, его зовут Прокл и он…

— Ты знаешь Прокла? Он жив? Где он?

Прерывать собеседника — невежливо, но я первый начал. Приходится терпеть. Прокл, кстати, как-то за столом действительно упомянул об этой гостинице.

Точнее, я упомянул, что, мол, собираюсь там остановиться, если когда-нибудь попаду в Столицу. Что-то он такое одобрительное проворчал. С натяжкой, но можно сказать упомянул.