— Откуда бы ты не явилась, но там тебе здорово досталось, — продолжала королева, — если бы не Квиберн, ты бы так и осталась без этой «неважной части». Надеюсь, там, откуда ты родом знакомы с понятием благодарности.

— Безусловно, — деловой мужской голос, не оставляющий ни малейшего подозрения в насмешке. Но про себя Душелов потешалась — знала бы эта надменная дурища, что благодарность Взятых, порой бывает похуже ненависти.

— Мой брат-изменник, — королева буквально выплюнула эти слова, — служит десницей у Дейнерис Таргариен. Возможно, ты уже слышала об этом.

— Краем уха, — небрежно сказала Душелов, подмигнув Горе.

— Недавно он принес послание, — продолжала Серсея, — девчонка Таргариенов хочет встретиться для переговоров.

— При таком преимуществе как у нее переговоры могут быть только о вашей капитуляции, — заметила Душелов, — она же ничего не знает обо мне.

Серсея поморщилась, но кивнула.

— Да, мне это тоже странно. И все же она говорит о перемирии. Даже о союзе.

— Союзе? — девушка изумленно вскинула точеные брови, — против кого?

— Вот об этом и пойдет речь, — сказала, вставая, Серсея, — и я хочу, чтобы ты присутствовала на этих переговорах. Они говорят о войске мертвых, о Белых Ходоках, об угрозе нависшей над всем человечеством. Похоже на очередной пьяный бред моего братца, но если реальны драконы, то почему бы не стать правдой и иным жутким байкам. К тому же они обещают какие-то доказательства. Как бы то ни было, ты лучше меня разбираешься в таких вещах.

— Хорошо, — кивнула Душелов, неожиданно заинтересовавшись, — я послушаю. И посмотрю.

… Речь идет не о жизни в согласии. А о жизни вообще.

Душелов с интересом пригляделась к чернобородому юноше в меховом одеянии, стоявшему в центре огромного амфитеатра именуемым Драконьим Логовом. Она уже знала, что говорившего зовут Джон Сноу и что он Король Севера — титул мало что говоривший колдунье. Но он хотя бы заговорил о чем-то интересном, заставив встрепенуться заскучавшую Взятую. Разве что прибытие дракона произвело на нее большее впечатление, как и на всех собравшихся. Сузив глаза, колдунья пристально наблюдала за сереброволосой девушкой, спустившейся с крылатого ящера, чтобы занять свое место на возвышении. Однако крылатые твари, которых оказалось не три, а две, сразу улетели и между королевами и их приближенными началась унылая перепалка, малоинтересная Душелову. Краем глаза она все же отметила основных участников спора, чтобы понять их место в здешних раскладах.

Сама колдунья старалась не высовываться без нужды, укрывшись за спинами королевских гвардейцев. Сейчас она носила наряд, в котором она была известна и в своем мире: черный кожаный костюм, черные перчатки, черная маска и черный же морион. Благо между разговором в лаборатории Квиберна и сегодняшней встречей прошло несколько дней, позволивших Душелову не только полностью оправиться, но и обзавестись рядом атрибутов из прошлой жизни.

— Мы вам кое-что покажем, — сказал бородатый карлик, говоривший от имени Дейнерис — Тирион Ланнистер, брат королевы и на арену вышел здоровенный бугай с обгорелым лицом. Душелов вспомнила этого воина — едва Серсея, в сопровождении своей свиты вошла в Логово, как он попытался завязать ссору с телохранителем королевы. Сейчас бугай с явной натугой нес на плечах огромный ящик, который и сбросил посреди площадки. Королева недоуменно переглянулась с братом, когда изуродованный воин снял крышку ящика и, после некоторого раздумья, пинком опрокинул его на арену.

Даже Душелов впечатлилась, когда воздух огласил истошный визг и из ящика вывалилось уродливейшее существо — свирепо зыркающий ярко-синими глазами полуразложившийся труп, скорей даже скелет в обрывках ветхих одежд и ошметками сгнившей плоти на костях. Несмотря на столь плачевное состояние, тварь проявила резвость, которую не часто встретишь и у живых: визжа и завывая, она метнулась к застывшей от ужаса Серсее. Оживший мертвец непременно вцепился бы ей в горло, если бы не слишком короткая цепь, за которую и оттащил его обгорелый бугай. Мертвец в ярости кинулся на него, но воин ударом меча разрубил его пополам. Но даже разрубленный на две части мертвец продолжал тянуться к обгорелому мужику, так что тому пришлось еще и отрубить ему руку.

Квиберн забыв о церемониях, чуть ли не выбежал на арену, подняв отрубленную, но еще шевелящуюся руку. Серсея, Джейме и все прочие все еще пытались осмыслить увиденное. Душелов же быстро пришла в себя — она и сама провела триста с лишним лет в кургане, ей ли привыкать к ожившим мертвецам. Однако сила, способная поднять это отродье безусловно заслуживала ее внимания. Похоже, она засиделась в столице.

— Их уничтожает огонь, — громко сказал Джон Сноу, забрав у Квиберна руку и поднося к ней зажженный факел, — их уничтожает драконье стекло.

Он выхватил из-за пазухи большой нож с лезвием из обсидиана и вогнал его в еще корчившуюся на земле тварь, тут же рассыпавшийся прахом.

— Если мы не победим, — сказал он, — это ждет людей по всему миру. Важна лишь эта война…

— Сколько их? — выдавил побледневший Джейме.

— Не меньше ста тысяч.

Первоначальный шок быстро прошел и началась обычная перепалка, которая снова наскучила Душелову — все что ей было нужно она уже увидела.

Отношения между родственниками здесь немногим отличались от ее родного мира и даже не всегда в лучшую сторону.