Ну точно маньяк ученый. Нет уж, так мы не договаривались, подопытной бабочкой я быть отказываюсь. Нет у меня желания быть пришпиленной за крылышки к стене.

— Итак, чисто теоретически, я не являюсь угрозой, скорее ребенком, который не всегда сможет контролировать проявления своей магии? — вообще я и так это уже знала, достаточно вспомнить как я элементалей топила, испугавшись их лиц.

— Верно.

— Ни противопоказаний, ни ограничений у меня нет?

— Не совсем вас понял.

— Может необходима какая-то диета или наоборот употребление каких-то овощей или фруктов.

Желудок, вспомнив, что он три дня ничего не ел, издал руладу. Хорошо тихую, краснеть не пришлось. Впрочем, я бы и не стала. Трое суток голодом морили, ироды. Отварчик хорошо, конечно, пошел, но его маловато.

— Нет, в пище ограничений нет, — улыбнулся мужчина. — И вам не помешает подкрепиться.

— Не помешает, — согласилась я.

— Давайте я позову фрейлин, Данаэль, а вы отдадите распоряжения.

Судя по всему, на этом наша аудиенция закончена. Одно плохо, я прямо нутром чуяла, он не все сказал. Но интуиция подсказывала, что сейчас и не скажет, а донимать смысла не имеет.

Надо низводить и курощать, выражаясь словами великого Карлсона. Вот этим и займемся. Постепенно.

— Я рад, что вы изменились, Данаэль, — вдруг выдохнул фэлроу. Почти не слышно выдохнул. — И безмерно рад, что ваше увлечение Рафаэлем прошло. Хорошего вечера, ваше высочество. Утром я снова приду.

И пока я обтекала, покинул спальню. Черт, я ведь и не сразу сообразила, что за Рафаэль. А он о принце, в которого была влюблена Данаэль. Выходит, что Рален видел принцессу два года назад и больше не имел чести находится к ней близко. Оно и к лучшему.

Я наконец-то села и откинула одеяло. Растёрла затекшую шею и внимательно проследила за тем, как кровати проходят фрейлины.

А ведь надо им какую-то речь толкнуть. Блин. Я пока не поем ни о чем кроме еды думать не смогу. Ладно, три дня не ела, полчаса погоды не сделает.

— Вечер добрый, девушки, — я окинула взглядом каждую из фрейлин. — Предлагаю познакомиться заново. Поднимитесь.

Фрейлины послушно разогнулись. А я вздохнула и начала лихорадочно вспоминать речь нашего администратора. Вот уж кто всегда лучился позитивом и добром, а также умел находить слова для каждого работника, да так, что и работать хотелось, а плохое и вовсе не вспоминалось. Несмотря на то, что в клубе случалось всякое разное.

— Мы теперь с вами связаны. Каждая из вас принесла мне клятву верности, и я приложу все усилия, чтобы вы остались подле меня как можно дольше, но при одном условии.

В глазах женщин появился живейший интерес.

— С этого дня я разрешаю вам задавать мне вопросы и обращаться ко мне раньше, чем я отдаю приказ. Естественно, когда мы наедине. — Ох уж эта практика высшего света, молчи пока тебя не спросят. С другой стороны, способствует выживанию. Но сейчас она мне абсолютно не на руку. Мне нужен диалог с моими фрейлинами.

— Ваша милость, — Марэль сделала крохотный шажок вперед, — благодарю за оказанную честь и раз вы позволяете, то…

Я подбодрила фрейлину улыбкой. Черт, как же бесят эти реверансы и экивоки. Но, терпи, Дана, выбора все равно нет.

— О каком условии идет речь, ваша милость?

И все три с живейшим интересом на меня посмотрели. Но моментально опомнились и опустили головы. Блин, не слуги ж ведь, в прямом смысле этого слова, а родовитые женщины, леди высшего света.

— Я разрешаю вам не опускать головы, когда мы ведем диалог, — все -таки не выдержала я. — Я хочу видеть ваши лица.

Вот, пусть расценивают блажью. Но по взгляду всегда очень многое можно определить.

— А условие очень простое — это ваше желание остаться рядом со мной и служить мне.

Я проследила за тем, как меняются выражения на лицах женщин и расслабилась. Хотят. Еще как хотят. Видимо, двух старших жизнь помотала нехило, но должность фрейлины им была необходима как воздух. Вот и славно. Друзья мне нужны. Пусть я и понимаю, что эти женщины в зависимом от меня положении, но кто мешает завоевать их симпатию и добиться дружбы?

Никто, так что буду дерзать.

— Хотим, ваша милость! — хором высказались фрейлины и вдруг поклонились низко, чуть ли не целуя пол. Я бы не удивилась, если бы они на колени бухнулись. Но ведь не крестьянки ж…

— Поднимитесь, девушки. — Приказала им и вздохнула. Тяжко мне придется. Но справлюсь. Обязательно.

— Марэль, Ланэль, Соэль, мне потребуется ваша всесторонняя помощь. А потому я дозволяю вам говорить со мной открыто и прямо. Даже если вещи, о которых вы желаете сообщить — неприятны. Я новый человек в Облачном дворце, воспитывалась в иной среде и пусть я принцесса по рождению, от обычаев и традиций моего мужа я далека. Но хочу стать ближе.