Алек снова покачал головой.

— Плутон больше не планета; это карликовая планета, это означает что он ни планета, ни спутник.

— Откуда ты это знаешь? — пробормотала я.

Он обнял меня и посмотрел в мои глаза полные слез.

— Я говорил тебе, что смотрю канал «Дискавери».

— Я так возбуждена прямо сейчас, — заявила я, заставляя его рассмеяться.

Я не шутила. Наклонилась и поцеловала его.

Боже, мне так повезло.

Когда наш поцелуй прервался, я произнесла:

— Я тоже люблю тебя до Нептуна и обратно.

Алек заулыбался и ответил:

— Хорошо, от моей будущей жены я меньшего и не ожидаю.

Жена.

— Черт возьми, мы собираемся пожениться.

— Ага, и раз у нас все происходит в серьезной спешке — я имею в виду, что мы все делаем впопыхах — как насчет того, чтобы залететь сегодня вечером?

Я разразилась смехом.

— Притормози, Ромео, давай сначала свыкнемся с мыслью о свадьбе. О детях подумаем позже... гораздо позже.

Алек пожал плечами.

— Хорошо, что мы вечно будем вместе.

— Алек, Кила... ужин!

Он шлепнул меня по заднице.

— Пойдем, а то ее настроение меняется за секунды.

Я усмехнулась и отправилась в след за Алеком на кухню. Я села рядом с ним и подмигнула Кейну, который сидел по другую сторону от меня. Все замолчали и замерли, словно статуи, все, кроме Эйдин, которая потянулась за картофельным пюре.

— Первая! — закричали все, отчего мы с Эйдин подскочили от неожиданности.

— Что? — спросила я.

— Эйдин потянулась к еде первая, так что она должна произнести молитву.

Ох, класс!

Эйдин застонала.

— Это нечестно, я не знала об этом правиле!

— Произнеси уже молитву, пожалуйста, — умолял Нико, уставившись на изобилие еды на столе.

— Хорошо.

Все взялись за руки и наклонили головы вниз.

— Привет, Боже, это я... Эйдин Коллинз. Знаю, мы не разговаривали, с тех пор, как ты забрал у меня маму, когда я была маленькой девочкой. Братья Слэйтеры заставляют меня помолиться, чтобы мы смогли уже наконец-то поесть. Я не хочу показаться грубой, поэтому делаю это. Надеюсь у меня неплохо получается, но я понятия не имею, что еще тебе сказать... О, знаю, благослови этот дом и всех в нем. Благодарю. Аминь.

— Аминь, — ответил хор голосов.

Я прикрыла свой рот рукой, чтобы сдержать смех.

Первыми не выдержали Алек и Кейн, рассмеявшись вслух, остальные последовали их примеру.

— Надеюсь, ты не ведешь утренние молитвы в своем классе? — рассмеялся Алек.

Она закатила глаза.

— На самом деле, я каждый раз выбираю ученика, который мог сделать это за меня.

— Слава Богу, — пробормотал Кейн.

Эйдин метнула в него свирепый взгляд и прорычала:

— Именно поэтому я веду себя с тобой, как сука!

— Поэтому? У тебя есть целый список причин? — забавляясь, спросил Кейн.

Взгляд Эйдин дрогнул.

— Да, в этом списке целых две причины. Первая – ты чертовски глупый. Вторая – смотри номер один!

Я разразилась смехом.

— С твоей стороны это было грубо, — произнес Кейн и покачал головой.

Мы все засмеялись и принялись за еду, которую для нас приготовила Бранна, и позвольте мне сказать, все было очень вкусно. На протяжении всего ужина мы разговаривали на легкие и нейтральные темы, и никто не упоминал о событиях прошлой недели. И это не могло не сделать меня еще счастливее.

— Это было потрясающе, Бран. Спасибо, — сказал Нико, улыбнувшись.

Затем он откинулся на спинку стула, судя по всему, объевшись. Он подловил меня, когда я наблюдала за ним, поэтому подмигнул и послал воздушный поцелуй. Я рассмеялась.

— Оставь девушку в покое, она не хочет, чтобы твоя мерзкая задница посылала ей воздушные поцелуи, — заметила Брона.

Он посмотрел на нее и ухмыльнулся.

— Каждая девушка мечтает о том, чтобы моя сексуальная задница посылала ей воздушные поцелуи.

Брона закатила глаза. — Вот как?

— Ага.

— Очень жаль, что всем этим девушкам не приходится иметь с тобой дело, когда ты ведешь себя, как большой ребенок.

Нико фыркнул.

— Они бы с радостью захотели иметь со мной дело, если бы узнали, как я без посторонней помощи отлично справляюсь с твоей отпадной задницей.

О нет, он не сказал этого.

— Нико, ублюдок, никогда не говори, что у девушки большая задница. Ты, бл*дь, серьезно? — сорвалась я (прим. пер. — phat — отпадная, fat — толстая; различия в произношении в американском и английском языках).