«Да, ты будешь соединён в иных структурах, по сравнению с двумя другими, главным образом на нижнем конце её структуры, — пробормотал видящий из Адипана в голове Джона, и его сознание явно разделилось, пока он работал. — Это не только из-за твоей детской связи с сестрой, Джон. Во-первых, нам нужен противовес всем этим высоким структурам. Ты поможешь стабилизировать двух других и будешь держать Элли более приземлённой в своём теле. Это потенциально усилит способность Элли связаться со всеми нами здесь, внизу. Во-вторых, она добавила в твои структуры вещи, в высшей степени совместимые с усовершенствованной постановкой щитов, которую она производит…»

«Что? — Джон уставился на него. — Она что-то добавила в мои структуры? Что это значит?»

Балидор спокойно взглянул на Джона, и выражение его лица оставалось суровым.

«Не беспокойся об этом сейчас, Джон. Ты займёшь место, связанное с постановкой щитов. Сосредоточься на этом… и на том, чтобы держать её связанной с землёй. Возможно, ты также поможешь ей подключиться к её собственным структурам, — добавил он. — … По крайней мере, на это надеется её муж. Как минимум, это сделает её менее склонной блуждать слишком далеко от своего тела во время всей этой работы с высокими структурами».

Джон почувствовал, как его челюсти напряглись.

Тяжело сглотнув, он кивнул.

Балидор говорил о смерти Элли. Он говорил, что она может убрести в Барьер и просто не вернуться, как это случилось с некоторыми видящими, зависимыми от вайров.

Балидор погладил его по плечу, посылая импульс тепла.

«Не волнуйся, — мягко послал он. — Это поможет, Джон. Очень поможет».

На это Джон тоже кивнул.

«В любом случае, — добавил Балидор, отойдя, чтобы проверить что-то на Мэйгаре. — Ты постоянно недооцениваешь себя. Многие из этих соединительных структур на тебе считаются «высокоуровневыми», брат Джон… особенно для щитов».

Произнося это, Балидор выделил в свете Джона те места, о которых он говорил.

Джон растерянно уставился на них. «Это что такое, чёрт подери? Элли поместила их туда?»

«Тебе они не знакомы?»

Джон моргнул, потом нахмурился.

«Они ощущаются знакомыми», — признался он через некоторое время.

Он продолжал разглядывать очень детализированные, разноцветные структуры, которые выделял Балидор.

«А что они делают?» — наконец спросил он.

Балидор улыбнулся в пространство. «Кроме упомянутых мною навыков постановки щитов, мы ничего не знаем. Нам известно лишь то, что твоя сестра работала над ними до того, как твой статус «кроссовера» был активирован. Судя по маркерам, которые мы видели, она работала над этими частями твоего света с тех пор, когда вы оба были очень юны».

Чувствуя реакцию в свете Джона, он добавил:

«Бессознательно, Джон. Я вовсе не имел в виду, что она делала это за твоей спиной. Очень маловероятно, что она знала, что делает это — по крайней мере, здесь, внизу».

Чувствуя, что внимание Балидора переключилось на что-то другое, Джон не ответил.

Однако он продолжал наблюдать за работой видящих. Он смотрел на Балидора, Врега, Юми, Ниилу, Чандрэ. По мере того как они устанавливали предварительные нити, он обнаружил, что всё больше и больше понимает, что именно это влечёт за собой.

Они будут связаны не только с Элли.

Они втроём тоже будут связаны друг с другом. Это значит, что Джон будет связан, структура к структуре, свет к свету, с Мэйгаром и Ревиком. Каждый из них будет связан с другим напрямую, а не просто через Элли.

Осознание этого заставило его занервничать.

Он поймал себя на том, что понимает, почему Ревику это не нравилось, даже больше, чем раньше. Несколько месяцев назад Ревик даже не хотел, чтобы Мэйгар оставался один в комнате с его женой. Мэйгар был зафиксирован на Элли уже много лет. Он пытался увести её у Ревика.

Однажды он попытался изнасиловать её.

Однако, учитывая всё то, с чем они столкнулись, Ревик явно чувствовал себя загнанным в угол.

Отчасти это подразумевало позволить Мэйгару создать световую полу-связь с его женой — это наверняка сводило его с ума во многих отношениях. Зная Ревика, он также, вероятно, чувствовал себя виноватым, поскольку не мог спросить разрешения у Элли на это.

Так что да, Джон понимал враждебное отношение Ревика к этому процессу.

Теперь он понимал и враждебность Врега даже лучше, чем Ревика, хотя на самом деле ему этого не хотелось. Он невольно видел в совершенно новом свете реакцию Врега на пристальные взгляды Джона в сторону Мэйгара.

Но сейчас Джон ничего не мог поделать ни с тем, ни с другим.

Устроившись поудобнее в викторианском кресле, он поморщился от жёсткой обивки.

Должно быть, когда-то это была роскошная гостиная. Джон не мог не посмеяться над этой иронией: здесь была самая неудобная мебель во всём доме. Они решили не использовать для этого прыжковые кресла, отчасти потому, что Ревик не хотел, чтобы большинство видящих, живущих и работающих в доме, знали об этом. По той же причине он использовал комнату с собственной конструкцией и ограниченным доступом для горстки разведчиков из внутреннего круга.