— Подожди, — я схватила Илая за руку. — Как насчет сигнализации?

— Не-а, Брут сам себе сигнализация. Его кухня напичкана оружием.

В горле снова образовался ком. У меня округлились глаза.

— Он собирался заставить нас туда войти? — Я отдернула руку. — Что ж, слава богу, что появился другой план.

Мы с Люком недовольно посмотрели на Илая. Уставившись в ответ, он спросил:

— Что?

— Кухня. Напичкана. Оружием, — прошипел Люк. — Ты собирался положиться на удачу?

— Я планировал не подпускать его к оружию. Я знаю планировку и решил, что с пушкой не пущу их туда.

— О, да, так намного лучше.

— Да, мой план отстой, но и этот не намного лучше. Он рискован. Находиться возле дома Брута уже сам по себе риск. Так мне писать Эмерсону или нет?

Люк указал на телефон.

— Отправляй и пошли. — Он оглядел тыльную сторону гаража. — Двигаясь вдоль забора, подберемся ближе к дому. Там проползем под окном, как можно сильнее прижимаясь к стене дома, а потом соорудим импровизированную лестницу.

— Хорошо. — Илай уже печатал. Нажав «отправить», он положил телефон мне на ладонь и расправил плечи. — Готово. Пойдем.

Мы двинулись вперед. Илай впереди, а Люк шел следом за мной. Он коснулся рукой моего бедра, и мы переглянулись. Он одновременно переживал и злился. Хотел оказаться как можно дальше отсюда. Я его понимала. Сама такая же. Меня обуревали те же самые чувства, но мы здесь и нужны Эмерсону. Другого пути не было. Он кивнул, словно прочитав мои мысли, и сжал мое бедро, прежде чем убрать руку. Я поспешила за Илаем. Расстояние от нас до нужного места казалось бесконечным. Достаточно одного взгляда. Стоит кому-то посмотреть в окно, и он увидит, как мы медленно ползем к дому. С каждым шагом сердце гулко стучало в груди. Я переживала, что его услышат, но ничего не происходило.

Оказавшись на месте, Илай встал на четвереньки. Люк залез ему на спину, а следом я. Для равновесия Люк держался за оконную раму. Встав на спину Илая, я полезла по Люку и уселась ему на плечи. А потом посмотрела наверх.

Эмерсон уставился на меня. Под его глазами залегли мешки, а вокруг рта виднелись тревожные морщинки.

— Черт, — пробормотал он.

Я не могла говорить, ладони вспотели, поэтому махнула ему.

Он кивнул.

— Ладно, поверить не могу, что мы это делаем, но хорошо.

Встав коленями на подоконник, он помедлил, глядя вниз, а потом попятился. Кузен начал отпускать оконную раму, но я потянулась и похлопала его по руке. Настолько близко мы оказались друг от друга.

— Эмерсон, — выдохнула я, — не смотри вниз.

Я помахала, привлекая его внимание. Его лоб взмок от пота.

Он дернул головой.

Я указала на свои глаза.

— Смотри на меня. Сюда. Не смотри вниз.

— Я только что осознал, что жутко боюсь высоты, Бри, — прохрипел он. Дерзкий придурок исчез. Сейчас передо мной стоял мой кузен, который в детстве проведал меня, когда я ушла, не став их дожидаться. Тот самый кузен, с которым я любила ездить верхом. И он был напуган, поэтому мой страх отступил на задний план.

Я успокоилась и протянула руку, чтобы схватить Эмерсона и притянуть ближе.

— Эмерсон, — уверенно произнесла я, — мы это уже делали.

— Когда учились в седьмом классе. Времена изменились. Мы стали толще.

— Прекрати. Взгляни на меня. Брось. Ты можешь это сделать. Как и прежде. Доверься нам.

Доверься нам. Слова эхом отозвались в мозгу. Я должна доверять Люку и Илаю, а Эмерсон должен доверять нам всем. Мы справимся. Я повторяла это как мантру, снова и снова. Не знала, верю ли в это, но должна. Все будет хорошо. Мы справимся. Потом я смогу избить кузена, но только потом.

— Да брось. Повернись. — Я ждала, пока он выполнит. Все его тело тряслось. — Вытащи одну ногу, но хорошо держись за раму. Ты должен крепко держаться. Напряги мышцы на спине. Они придадут тебе устойчивости.

Я говорила, он выполнял. Слушая каждое слово, вытащил ногу. Я обхватила ее рукой, чувствуя, как напряглись под нами Илай и Люк. Теперь они держали двоих. Когда одна нога коснулась плеча Люка, следом опустилась вторая. И тогда Эмерсон вылез из окна. Он держался за оконную раму только руками. С него градом катился пот, кузена снова трясло. Пора было отцепляться, но он этого не делал.

— Эмерсон, — пробормотала я, тоже держась за окно, — давай. Все хорошо. Мы тебя держим.

Он кивнул, судорожно вдыхая и не в силах даже открыть рот. Зажмурившись, разжал пальцы, и на нас опустился полный вес его тела. Илай застонал внизу, но Люк схватил Эмерсона за ногу, которая теперь была на уровне его груди. Нас качнуло сначала от стены, а потом обратно, но я впилась пальцами в окно. Люк сделал то же самое, выравнивая нашу конструкцию.

— Эмерсон, начинай спускаться, — произнес он.