Майор между тем спокойно достал единственную вещь, которую ему разрешили пронести. И ему ее лично вручил генерал. Миниатюрный диктофон с единственной рабочей функцией. Воспроизвести одну-единственную запись. То самое сообщение жены объекта Ирины по телефону. И если сначала старик лишь благосклонно улыбался, то под конец его улыбка потухла, и на майора взглянули пристальные глаза не добродушного пенсионера, а матерого убийцы.

— Я вижу, вы узнали запись. — Удовлетворенно произнес Горбунов.

— Во сколько произошла активация? — Сурово спросил тот.

— Вчера, около десяти утра. — Прищурившись, ответил Горбунов.

— Значит, спешить уже незачем. — Рассудительно произнес дед, рассматривая свои руки.

— Это означает, что вы поможете? — Решил уточнить Горбунов.

— Более того, я предоставлю вам интересную информацию. — Усмехнувшись, произнес пенсионер. — Но с одним условием.

— Каким? — С интересом спросил Горбунов.

— Когда ликвидируете предателя, слившего код, принесите фото его трупа. — Хмуро произнес старик.

— Ничего не обещаю, но постараюсь выполнить вашу просьбу. — Неуверенно произнес Горбунов.

— Что же. Мне этого будет достаточно. — Подумав, произнес медленно старик.

— Но у вас хоть есть примерные догадки насчет того, кто это мог сделать? — Спросил майор.

— Если бы у меня они были, то я бы назвал этого гада в первую очередь. — Со злостью произнес старик. — Я ведь был уверен в том, что все уничтожил. Никто не должен был узнать коды. Никто!

— Видимо, не всех. — Задумчиво произнес Горбунов.

— Это исключено, молодой человек. — Успокоившись, сказал дед. — Всех проверили по несколько раз. Выживших нет, и быть не может.

— Украли ваши данные? — Предположил майор.

— Возможно. — Неуверенно ответил старик. — Маловероятно, но не исключено. Но пока вернемся к самому проекту. И, пожалуй, начнем мы с самого начала…

Горбунов слушал старика и мысленно поражался абсолютным равнодушием к детям со стороны тех, кто запустил проект «Возмездие». С его точки зрения, это было аморально. А еще его постоянно мучил вопрос конечного результата. Он был каким-то расплывчатым, и главное, каким-то образом руководителям проекта удавалось постоянно получать поддержку от государства. Несмотря на откровенно мутный проект с неясными целями, их финансировали даже в самые сложные для страны годы. Что-то тут было явно нечисто, но что именно, понять Горбунов не мог, а сам старик всегда избегал отвечать на вопросы, связанные с поддержкой спецслужб и финансированием.

Если верить словам старика, то выходило следующее. В 1962 году группой высокопоставленных военных, каких именно, старик не назвал, было принято решение о создании проекта последнего шанса. То есть они решили, что появление человека, подобного Гитлеру, лишь вопрос времени, и рано или поздно появится очередной сумасшедший, что решит захватить мир. И вот на случай, если у него все выйдет, и СССР окажется захвачен, то в игру вступят подготовленные диверсионные группы глубокого внедрения. То есть, до того, как их активирует запись или рисунок с кодом, они ничем от обычных людей не отличались, а вот после вспоминают все заложенные в их разум гипнопрограммы и приступают к диверсионной деятельности, цель которой — свержение правительства и восстановление справедливости.

Откуда в то время возникли такого уровня гипнотизеры и, главное, где они достали методику обработки детей, старик так и не сказал. Зато подробно пояснил систему подготовки, и какие именно навыки будут у диверсантов. Система подготовки детей заключалась в курсах по полтора месяца каждый год на протяжении четырех лет. Все это было замаскировано под обычный пионерский лагерь для детей, а после развала советов, под бесплатный лагерь для детей военнослужащих. Учили детей моральной устойчивости, или по-другому, снимали психологический блок на убийство, как для себя перевел майор. Так же помогали освоить тактику диверсионных групп, слежку, уход от наблюдения, владение различными видами единоборств, оружия и техники. С течением времени добавлялись новые дисциплины. Такие, как компьютерная грамотность и программирование на уровне хакеров.

Список был объемным, и по сути не отличался от подобного в действующих войсках особого назначения. А иногда и превосходил его. Но смущало майора слишком малое количество времени на подготовку. За такой период времени невозможно освоить все дисциплины. Старик пояснил, что в голову детям внушались уже готовые решения и практики, которые со временем усваивались ребенком. Именно потому, что для нормального внедрения этих гипнопрограмм требуется пластичный мозг и еще несформированное мировоззрение, взрослые не подходили для проекта, а только дети до четырнадцати лет, а лучше до двенадцати.

На этом действия проекта не заканчивались. Кроме спрятанной до активации части с огромной базой умений и знаний диверсанта и разведчика, в сознание детей внедрялось стремление осваивать все новое в разделах своей специализации. Именно тут старик подошел к главной теме. Диверсионным отрядам. Все эти ребятки были не одиночками, а хорошо слаженными и психологически совместимыми группами по пять человек. В этом месте у майора вспотела спина. Ибо он осознал, что в итоге ловить придется не одного безумца, а пятерых. Причем, скорее всего, хорошо подготовленных бойцов. Не очень хорошая новость.