— Мне нужно ехать домой, — я выталкиваю из себя правильную фразу, отводя взгляд от настенных часов. — Банди на меня обидится. В это время у него по плану прогулка и завтрак.

— Я тебя отвезу, — произносит Булат и, стянув с меня одеяло, которое сам же и набросил, встает. 

Я провожаю взглядом его разрисованную спину, до тех пор, пока она не скрывается за дверью ванной, и сажусь. Так много того, что мы могли бы сделать вместе этим утром: например, позавтракать. Завтрак означает взгляды глаза в глаза, уютный аромат кофе и беседы обо всем на свете. Но я не могу, да и если бы могла, не факт, что Булат предложил. Я не обольщаюсь. Так я себе пообещала: ничего не ждать.

Я привожу себя в порядок в дальней душевой: причесываю невысохшие волосы, натягиваю колготки и платье. Мое отражение мне нравится: губы распухшие и яркие, а в глазах светится жизнь. Как долго это продлится? Я не знаю. Но разве в моих силах что-то изменить? Меня ждут Банди и работа, а сама я ни о чем не стану просить.

— Из-за меня ты не успел позавтракать, — говорю уже в машине. 

— Скорее, из-за Банди, — усмехается Булат, терпеливо ожидая, пока разъедутся въездные ворота. На часах лишь начало девятого, а он выглядит безукоризненно: волосы уложены, костюм сидит идеально и пахнет тоже безупречно. — У тебя продукты дома есть?

Я ошарашенно хлопаю глазами: он имеет в виду…

— Тебе есть из чего готовить? — уточняет он свой вопрос. — Я позавтракаю в офисе.

— Да-да, конечно есть, — бормочу я, смущенная своей секундной выдумкой. — У меня всегда полный холодильник… Я люблю готовить, если ты не забыл...

Взгляд Булата мажет меня по скуле, спускается к коленям, торчащим их под полы пальто.

— Ты похудела. 

Я немедленно краснею. Тоже самое он сказал мне ночью, правда тогда мне показалось это невероятно сексуальным, а сейчас… Он думает, что я не умею о себе позаботиться? 

— Я хорошо питаюсь, — тихо говорю я, опуская взгляд на окрашенные в розовый ногти. — Это из-за сессии.

Машина Булата подъезжает прямо к моему подъезду, несмотря на мои просьбы высадить меня вдоль дороги. Просто у нас во дворе действительно тесно.

Я отстегиваю ремень, чересчур медленно копаюсь в сумке в поисках ключей. Оттягиваю как могу первые шаги в плавающую неизвестность. 

— У тебя сегодня смена в «Холмах»? 

Воздух неизвестности, крадущийся к легким, пропитывается призрачной надеждой. Булат не любитель праздных вопросов. Ему интересно? Почему?

— Да. Трижды в неделю с обеда до утра. Находка для студента.

Ключи в моей руке. Поводов задерживаться у него в машине больше нет. Надо идти.

— С твоим мальчиком придется расстаться, — неожиданно произносит Булат.

Сердце заходится в волнительном ритме, и я непроизвольно вскидываю на него глаза. Я знаю, что надо… И я собиралась. Но почему он об этом говорит? Советует? Или хочет этого? Зачем ему? Зачем?

Темные зрачки смотрят на меня прямо и не мигая, а невысказанные вопросы так и остаются застрявшими в горле. Они ничего не изменят, впрочем. Разве я смогу с Антоном, как раньше? Конечно, нет.

— Я не собиралась ему врать. Все равно не смогла.

Вздрагиваю. Пальцы Булата дотрагивается до моего подбородка и гладят уголок рта. Мне с трудом удается сдержать себя, чтобы не зажмуриться от этой ласки. От нее щеку и висок тепло покалывает, а сердце искрит.

— Иди — Банди ждет. 

Я машинально киваю, машинально нащупываю за собой ручку. Улыбнуться, поблагодарить, выйти. 

— Спасибо, что довез. И за все… В смысле, за ресторан… Было вкусно… — Боже, да что я несу? — Хорошего тебе дня.

Кажется, Булат улыбается. Не рот — глаза. Они ярче блестят. 

— И тебе хорошего дня, Таисия. 

— Классно выглядишь, — замечает Виталина, глядя, как я закалываю волосы перед зеркалом. — Отдохнувшая такая, свежая.

Мне остается лишь счастливо улыбнуться и пожать плечами. Отдохнувшая?Этой ночью я спала от силы три часа. 

Весь сегодняшний день — это череда непроизвольных улыбок и розовеющих щек по вине неотступно следующих за мной воспоминаний. Банди, встретивший меня в прихожей, всем видом дал понять, что порицает мою самовольную отлучку, но он быстро смягчился, когда я ему рассказала ему, где была. .

— В четыреста третьем ремонт душевой — я в программе пометку сделала, — продолжает Виталина. — Слышишь меня, да?

Я киваю и усилием воли гашу улыбку. Надо как-то перестроиться на рабочий лад, а то я наворочу дел. Нужно подготовиться к встрече с Антоном, который, к слову, до сих пор мне не позвонил. Сама я тоже не решилась — до утра все равно буду на смене, а значит и разговора не получится. Что я ему скажу? «Звоню поинтересоваться, как у тебя дела?» Это слишком нечестно и жестоко.

Собраться мыслями у меня не получается, потому что ближе к вечеру случается неожиданный приток постояльцев. Почти два десятка людей в деловых костюмах и с печатью занятости на лице несколько часов сменяют друг друга у стойки. Выяснилось, что завтра в конференц-зале «Холмов» пройдет экономический форум. Виталина меня предупреждала, но я, дрейфующая на волнах сладких воспоминаний, благополучно ее прослушала.