Естественно, что на людях Ицхак был благопристойным иудеем, соблюдающим субботу и нарочито проверяющим любое подаваемое ему блюдо на предмет кошерности. Оставаясь же в одиночестве, Гаон любил пообгладывать свиные ребрышки или навернуть копченого сала под рюмочку выдержанного коньяка...

Председатель ВЕКа пожевал губами, перевернул холеными наманикюренными пальцами очередную страницу отчета ПАСЕ по ситуации в Чечне и холодно посмотрел на лорда Джадда, скрючившегося в огромном кресле напротив. В Брюсселе уже вторую неделю лил дождь, и низкорослый, похожий на изможденного гнома англичанин страдал от приступов ревматизма.

– Я не вижу сдвигов, - хрипло проговорил Гаон.
– Русские не снижают активности, а ваши партнеры топчутся на месте. Где обещанное контрнаступление?

Британец убрал гримасу боли и попытался сесть прямо.

– Силы концентрируются. Аль Фаттх сообщает, что его отряды заняты последними приготовлениями...

– Он говорил подобное еще месяц назад. До вашей инспекционной поездки, безжалостно напомнил Ицхак, испытывая удовлетворение от того, что топчет чванливого лорда.
– Вам, мистер, следовало бы помнить прошлые обещания.

Джадд пропустил мимо ушей презрительное "мистер" и подложил подушку под поясницу.

– Ситуация сложная. Есть некоторые противоречия между командирами повстанцев. Джа-фар хочет идти на Гудермес, Аль Фаттх и Хат-, таб - на Грозный, Масхадов настаивает на точечных ударах. Без четкой договоренности и скоординированности действий успех проблематичен... А наши друзья в Москве не могут действовать открыто. Не то время, - лорд грустно покачал головой.
– Иван* на подъеме. Те политики, что раньше могли считаться умеренными и лояльными цивилизованному миру, сейчас ведут себя непредсказуемо.

*Иван - русский народ (политический жаргон).

– Оговорите сумму, которая их устроит, - презрительно скривился Гаон.

– Не все так просто. Со многими у нас нет прямых финансовых отношений. А у тех, кто зависим, нет достаточных сил. К тому же сейчас они заняты субмариной, и тема Чечни их волнует крайне мало...

С Россией и у ПАСЕ, и у ВЕКа, и у МВФ, и у стран Большой Семерки вечно возникали непредвиденные сложности.

Предсказать поведение безумных азиатов, населяющих одну седьмую часть суши, было нереально. Их швыряло из стороны в сторону. То русские бросались в объятия Запада, то меняли свое отношение на прямо противоположное и устремляли взоры на Китай, то вставали в позу и принимались шагать по своему собственному пути, цедя сквозь зубы непонятные угрозы и бряцая остатками вооружения. Причем подобные вещи происходили как на государственном уровне, так и в отношениях с индивидуумами.

Чиновник мог годами брать взятки, отдавать задарма самые сладкие кусочки естественных монополий, фигурировать на десятках видеокассет в обнимку с дорогими проститутками, договариваться с киллерами и покупать на собственное имя недвижимость в Европе, а потом вдруг в одночасье становиться записным патриотом, посылать своих кредиторов открытым текстом и орать о том, что он больше ничего не боится и ему по барабану, будут преданы гласности пресловутые видеозаписи или нет. Самое интересное заключалось в том, что такой оборотень действительно не испытывал ни малейшего страха и только смеялся в ответ на увещевания не делать глупостей.

Дикая страна.

И дикий народ...

Под влиянием сверхдозы "огненной воды", которую в России почитают за основной продукт потребительской корзины, любой бюрократ превращался в радетеля национальных интересов и вполне мог треснуть по роже западному бизнесмену, от которого неоднократно принимал пухлые конверты с валютой и дорогие подарки.

Бороться с русскими обычными методами было невозможно.

Даже доведение половины населения страны до нищеты, разжигание войны на Кавказе и построение вертикали коррупции никак не влияло на загадочную славянскую душу. Душа снимала стресс ведром нажористого самогона марки "taburetoffka" и отправляла свой телесный носитель на свершение разнообразных подвигов.

Из которых самым незначительным считался небольшой еврейский погромчик.

– Вот и надо пользоваться их растерянностью, - посоветовал Гаон.
– Бить, пока не оправились от шока.

– Русские генералы на Кавказе в шоке не находятся, - буркнул лорд Джадд. Даже наоборот. Только усиливают давление на повстанцев. Такое впечатление, что они мстят за подлодку.

– Кому?

– Чеченцам, разумеется...

– Они что, предполагают теракт?

– Я не знаю, что у них в головах. Но факт остается фактом - на второй день с момента официального объявления о катастрофе по всей территории Чечни пошли массовые зачистки. Фильтрационные лагеря забиты до отказа. Позавчера недалеко от границы с Ингушетией одна очень перспективная с нашей точки зрения группа попала в засаду. Уничтожена полностью, вместе с техникой. Русские даже не стали церемониться с пленными. Как сообщил наш источник, взятых живыми привязали к дереву и взорвали...

– Вы сделали представление по этому случаю?

– Не все так просто...

– Почему?

– У нас почти нет информации. Такое ощущение, что русские сами не знают, кто именно расстрелял колонну.

– Так не бывает.

– У русских бывает. Общее командование развито крайне слабо, разные специальные группы подчиняются разным генералам. А те конкурируют между собой...

– Вы мне описываете картинку, идентичную обстановке в лагере повстанцев.

– Именно так, - англичанин нахохлился.
– Они много лет жили в одной стране и имеют одинаковое воспитание.