Игорь ничего не говорил, но и без слов по его взгляду я поняла, что дома мне придётся отвечать за этот невинный флирт с Димой. В который раз не поняла, почему я вообще должна за это нести ответ, ведь я вроде как никому ничего не должна? Но Тихомиров явно считал иначе, и дома душу вытрясет из меня. Уверена в этом. Даже холодок по спине бежал от его выражения глаз, которое он останавливал на моих губах, и от того, как сильно его пальцы сжимали моё тело.

Что-то домой ехать страшновато…

Игорь.

Домой ехали в полном молчании. Я краем глаза наблюдал за ней, она смотрела всю дорогу в окно.

И прочему так тянет к ней? Не понимаю. Красивая, Стерва. Очень сексуальная, на язык остра, когда забывается или злиться. Впрочем, осадить её довольно легко, и это тоже вызывает странные чувства — слабая, женственная девочка. Неужели этого достаточно, чтобы начать думать о женщине чаще, чем положено для связи с любовницей?

Я и раньше заводил их. Всегда одну постоянную, пока не пресытится, или пока не попытается перейти на более серьёзный уровень отношений. Тогда они получают от меня прощальные подарки в виде машины или дорогой шубы, и я для них исчезаю. Не люблю, когда женщина навязывается. А желание объявить девушку своей или, тем более, захотеть вступить в брак, меня посещало только один раз — с моей первой женой.

Я любил её. И это было взаимно. Она смирилась с моим непростым характером, приняла таким, какой есть, и нашла плюсы в моей жесткости и безапелляционности. Помимо этого я человек слова, не меняю решений, уважаю свой выбор, и если уж женился, то буду за жену горой. Вообще, за свою семью. Никто никогда не посмеет подойти и обидеть мою женщину и детей, а если посмеет — потом будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. После жены мне было просто трудно воспринимать других женщин, и представить себе, что я захочу вступить в брак ещё раз, просто нереально.

Но Вера… она другая. Она будто ломает мои стереотипы и привычный уклад жизни день за днём. В первую очередь, своей неприступностью. Она стала моей в постели, потому что я настоял, потому что ей тоже нравится наш секс, но она не моя, не со мной, и предложи я ей уйти, она бы не задумываясь это сделала. А меня будто заклинило вдруг. Я не хочу её отпускать. Ни сейчас, ни через три месяца.

Кажется, что я ещё держу всё под контролем, но всё равно сам до конца не понимаю, что испытываю к ней.

Её характер, поведение, внешность — все почему-то вызывает во мне такое возбуждение, что я ни о чём не могу вообще думать, лишь о том как снова оказаться с ней наедине. Чтобы ласкать её прекрасное тело, целовать пухлые губы, чтобы брать то нежно, то грубо, доводя до исступления.

Почувствовал, что штаны стали тесноваты. Вера, ты просто моя ходячая Виагра.

Стоит подумать только о сексе с ней, как сразу стоит колом.

Протянул руку и притянул её к себе. Она обернулась и взглянула на меня. Взгляд огромных голубых глаз распалил меня ещё больше. Наклонился и поцеловал, прижимая хрупкое тело к себе.

Чёрт, ну что за бешеное желание просыпается, стоит её просто поцеловать?

Мне было плевать, что мы в машине, что с нами водитель, я целовал её все более глубоко, руки сжали грудь. Она без лифчика… Теперь я разгорелся ещё сильнее.

— Мм… — недовольно замычала Вера, убирая руки от груди.

Огромными усилиями она отняла свои губы.

— Игорь! С ума сошёл? Мы не одни здесь, — зашипела она недовольно.

— Хочу тебя пиздец как, — сказал ей в ухо и снова притянул ближе.

Опять взял губы своими, не давая отстраниться, руки легли на упругие ягодицы.

Какая же она…

Быстрее бы эта чертова машина приехала, иначе я трахну её прямо здесь.

Из машины её практически выволок и, держа за талию, повёл в дом. Едва дверь за нами закрылась, я продолжил то, что начал ещё в дороге.

Прижал Веру к себе, наслаждаясь губами, попутно скидывая с себя пальто, с неё шубу. Повёл к дивану и ковру. Куда упадём — туда и упадём, мне лично всё равно, и в любой позе с ней кайфово.

Она как всегда оказалась не готова разделить со мной страсть, и снова пыталась пихаться. Но я знаю, что стоит приласкать как следует, как её страстная натура вырвется наружу. Она хочет меня не меньше, чем я её, и эта игра в недотрогу меня заводит до предела.

— Игорь, оставь меня. Я устала, — попыталась она меня остановить.

Я целовал её шею, и за ушком. Дыхание Веры стало прерывистым. Она уже тоже не сможет остановиться.

Ничего не ответил, расстегнул молнию платья на спине. Стянул лямки с плеч, оголяя грудь.