– Как я могу найти его? Где он?

– Ианта, мы здесь совсем по другому поводу, - вмешался в нашу беседу Раш.

– Ах да, умирающая девочка, - несколько равнодушно произнесла та, что очень неприятно резануло меня. – Где она?

– Дома. Я провожу, - ответил я и шагнул к двери. – Идите за мной.

– Со мной можешь общаться нормально, без излишнего титулования и выканья, - за моей спиной произнесла феникс.

Почему-то я думал, что феникс – это мужчина. Может, свою роль сыграло определение в мужском роде или в подсознании всплыла книга, где феникс был парнем.

– Сними с неё диадему.

– Без неё она станет мучиться, - ответил я Ианте. – Нельзя как-то без этого обойтись?

– Нельзя, - отрезала та. – Ничего, несколько минут выдержит.

Я только зубами скрипнул от злости.

«Тебе бы самой такие несколько минут выдержать», - подумал я, протягивая руку к артефакту. Как только я коснулся его и чуть-чуть приподнял, как сияние, окутывающее Аню, пропало.

– А-а-а! – супруга скрючилась и дико, по-звериному закричала.

Буквально сразу же по мне ударила волна боли, от которой перед глазами повисла кровавая пелена. Очнулся на кушетке рядом с кроватью Ани и прикосновения влажной ткани, которой обтирала моё лицо медсестра. На светлой материи были заметные свежие кровавые пятна.

Едва придя в себя, я посмотрел в сторону жены.

На ней вновь лежала диадема, а сама девушка спала. Точнее, опять пребывала в беспамятстве. Вот только если с меня стереть кровь хватило, можно сказать, платка, то мою Аню обтирали несколькими влажными полотенцами, которые на глазах приобретали розовый цвет. Рядом с кроватью в зелёном пластиковом тазике уже лежала горка использованных полотенец, вымазанных в крови.

– Вы с ней как-то связаны? – услышал я вопрос из-за спины.

Показав медсестре, что больше в помощи не нуждаюсь, я сел на кушетке и повернул голову в сторону задавшей вопрос Ианты, стоящей у окна.

– Да, мы с ней связаны брачным ритуалом через кровь, - ответил я. – Ты знаешь, что с ней? Помочь можешь?

– Знаю. Насчёт помощи могу лишь подсказать, к кому обратиться, чтобы получить её.

– Пошли в другую комнату, - предложил я и уточнил. – Или здесь ещё что-то нужно?

– Пошли, - феникс первая шагнула к двери и вышла в коридор. Я за ней едва плёлся, чувствуя себя так, словно разваливаюсь на части. Мелькнула мысль облачиться в големодоспех, чтобы тот поднял мой тонус, раз целительский амулет я отдал жене. К слову, на ней уже их три было, но помощь от них была мизерная.

Я привёл Ианту в свой кабинет, где с нескрываемым облегчением упал в кресло.

– Я не знаю, как называется в этом мире подобное проклятье, но мне оно известно, как божественная гемофилия. Хочу спросить, а ты никакому богу из местного пантеона любимую мозоль не оттоптал? – произнесла та раньше, чем я раскрыл рот.

Догадаться к чему она задала вопрос смог бы даже дурачок. Понял и я в своём текущем состоянии.

– Её прокляла богиня?

– Богиня? – хмыкнула та. – Значит, оттоптал мозоль богине. Странно, что под удар попала твоя жена, а не ты. Или это она виновата?

– Это лечится? – я проигнорировал последние слова феникса и задал самый важный вопрос.

– Да. Но сделать это ой как сложно, - покачала она головой, демонстрируя озабоченность на лице.

– Как? – я даже подался вперёд, стиснув подлокотники кресла до хруста в пальцах

– Теоретически можно выпросить прощение у божества, наложившего проклятье. Или умолить другое, которое сделает это. Оба варианта практически неосуществимы на практике.

– Почему?

– Если уж твоя богиня…

– Она не моя, - зло перебил я феникса.

– Ладно, не твоя. Если не твоя богиня ответила на молитвы своего верховного жреца и наслала кару, то своего решения уже не отменит. Это же небожительница – у таких, как она своя логика и особое сознание.

– Причём тут верховный жрец?

– Боги редко самостоятельно вмешиваются в дела смертных и как-то влияют на обычный мир. Слишком много сил им нужно потратить для этого. А вот в лице аватара или после молитв сильного жреца, который потратит с прихожанами ба-хионь в храме – это возможно. Своей энергии божество тратит чуть-чуть, основная нагрузка идёт на энергетику аватара, которым может быть только фанатичный последователь, их ещё называют святыми в разных мирах. Или верховным жрецом тратиться ба-хионь из алтарей.

– Вот оно как, – пробормотал я.

– Ты не ответил на мой вопрос, почему под удар бога попала твоя жена?

– Виноват я. А почему пострадала Аня… - я тяжело вздохнул, опустил голову и обхватил её руками. – Не знаю я, не знаю… могу только предположить, что я оказался недоступен для богини.

– Пфф, недоступен? – фыркнула собеседница. – Для бога? Не верю. Или ты был в другом мире?

– Здесь недалеко есть особое место, где энергетика исковеркана частыми разрывами межмирового барьера. Это аномальное место одновременно принадлежит данному миру, и не принадлежит ему. Кстати, там же нашли тебя. И там я спрятал главные алтари богини, которая, скорее всего, и наслала проклятье. И разрушил ещё больше простых алтарей, попутно перебив не один десяток её жрецов, - вздохнул и добавил. – И осквернил несколько храмов.