Россия, причем не самый благополучный регион. Можно легко представить сценарий такого же действа где-нибудь в сверхсовременной медицинской Швейцарии.

Боссы долго сопоставляли материал, готовили докладную записку в РАН. Там, надо отдать должное этим мафусаилам от науки, быстро разобрались в ситуации и схватились за голову.

Подгоров, Бушман, Костюков и Завьялов уехали в Нагано. Мы, здесь в Москве, сидели и грызли ногти.

Там они впервые встретились - четверо русских структурщиков и Стоктон, обложенный запретами ЮНЕСКО, как загнанный волк флажками. Эти пятеро просидели всю ночь за скверным виски и бессильным против русского организма сакэ. Наутро все они были немного пьяны от алкоголя и сильно оттого, что оказались правы.

Но нашлась и панацея. Большая Пятерка после шести часов и бессчетного количества "дринков"

выяснила, что способ кодирования нейронных состояний давно уже изобретен, затык только в чудовищных объемах информации, а довести успех клонирования до девяносто девяти плюс еще одна-две девятки - не проблема, но нужно еще примерно полторы тысячи экспериментов. В живую нельзя задушит ЮНЕСКО, натравят фанатичные толпы все известные религии, заплюют и вымажут в дерьме газетчики. Только виртуально, используя модные на Западе технологии компьютерного моделирования. В свое время один американский ученый подсчитал, что для полного дублирования генетического кода человека необходимо полупроводниковых транзисторов объемом... чуть-чуть больше земного шара. С тех пор многое изменилось - задачу, которую компьютер 50-х размером с ангар считал полмесяца, ныне легко умещающийся на ладони чип расщелкает в минуты.

Гром грянул следующим вечером. На вечернем заседании Стоктон попросил слова. Теперь он уже излагал не чистую теорию, он дерзко предложил коллегам оспорить его выводы. В далекой России было накоплено такое количество статистического материала, что профессор уже мог сражаться на равных. Научный мир взвыл и бросился Стоктона проверять. Было всякое скандирующие толпы под окнами Смитсонианского и террор религиозных экстремистов. Самосожжения и письма матерей, умоляющих спасти своих детей. Были "опровержения" известных генетиков, были даже попытки усомнится в научной честности Большой пятерки - не хотят ли, мол, эти парни таким макаром просто некую скандальную известность себе заработать?

И все же подтвердилось. При ЮНЕСКО был создан Иммунный комитет, группа Стоктона получила серьезное финансирование (за это его тоже пинали), да и нам перепало порядочно. Ну и всякие благотворительные фонды наперебой стремились всунуть клоунеру какой-нибудь грантик, лишь бы отметиться в печати - вот, смотрите, и мы боремся против краха цивилизации.

Цифра семьдесят снится нам по ночам. Сначала была некая надежда, что мы все-таки неправы, что переборщили, что не все так плохо... Но быстро нашлись и подтверждения чисто практические.

Грипп, мутирующий с каждым годом все быстрее, геморрагическая лихорадка то и дело вспыхивающая маленькими очажками в Африке (что это? проба сил?), пресловутая "болезнь легионеров"... В апреле две тысячи шестого в Индокитае разразилась саркома Спэнбауэра так до сих пор и не локализованная... А что будет через пять лет? Десять? Пятьдесят? Успеем ли? А то, глядишь, срок в семьдесят лет покажется маленьким...

Вот так. Сам себя накрутил, даже руки задрожали. Все-таки как мелочны все мои проблемы? Что есть один человек, что он может значить, важен ли он, когда ежедневно в Мьянме и Лаосе умирают двести зараженных! А для нас - это материал, новый генетический материал, который мы с трудолюбием пчелок складируем в огромный архив.

Нет, надо покурить. Проклятье, где же сигареты? Дьявол! А вот они. "Золотая Ява", между прочим, не какая-нибудь "Магна", которую я курил в Академии. Спички еще не зажигаются! Вот в такие моменты и начинаешь мечтать о завораживающем "дзи-инь" настоящей "Зиппо". Долбаный ветер! Ничего, спрячусь вон в телефонную будку.

А-а, первая затяжка... Мечта курильщика! Ладно. Прекратить истерику. Время есть. Над чем мы бились сегодня с Олегом? Ага, кодирование семнадцатой и двадцать третей. Посмотрим, посмотрим... Ноутбука нет, придется писать вот на этих клочках. Что это? О! Билеты в Сатирикон, туда мы ходили с Катькой в первый раз. Зато обратная сторона чистая... А это что? "Американский английский. Пригашает центр обучения". Что за ерундень? Ах, да, вчера около метро сунула в руку юная нимфа в огромных ботинках. Ладно, сойдет. Весь день в голове кружится эта идейка, все никак не могу попробовать, а наше время на компах только в пятницу. Ну-ка, посмотрим, что у нас получается. Так... так... Угу... А если сюда еще и двадцать первую группу, и двадцать девятую.

Кто-то снаружи постучал по стеклу будки.

Да, да, бабушка, я звоню. Сейчас секундочку, не видите - телефон забыл, по бумажкам ищу.

Надо же... Ёпрст! Как изящно все выходит. А я молодец... Ну и ну! Да если это выйдет, то уже к Новому Году у нас будет надежная программа кодировки. Черт! Надо звонить Олегу, звонить Завьялову, всем, всем звонить!

Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Ну где же эта проклятая телефонная карта, когда она так нужна!

Говорили мне ребята... купи себе сотовик. Я только рукой махал, дурень, дорого, дорого!

Бабушка, извините, у Вас нет карточки? Я заплачу. Что? Жетончик? А-а, ну извините...

Врешь старая карга!! Жеточник у нее, как же! А куда ты его засовывать будешь? Этот автомат только карточку понимает. Жалко просто...

Ладно, черт с ним. До дома недалеко. Добегу - оттуда позвоню всем.

Я выскочил из будки, помчался домой, разбрызгивая лужи, оставляя позади разъяренных прохожих. Переход... К дьяволу переход, времени нет прыгать по лестницам! Чего там, какой свет - красный? А по фиг - все равно машин нет, да и кто сейчас поедет в такую погоду! Вперед!