Улица скоро вывела ищеек на окраину поселения. Дальше начинались «посадки» – густой лес из кукурузных стеблей, оккупировавших окрестные поля. С востока эти заросли подступали к домам ближе всего. Продираться сквозь кукурузу было непросто: растения, хоть и не жались вплотную друг к другу, после изнурительного испытания дождями поникли, уныло развесили во все стороны длинные мокрые листья. Земля под ногами превратилась в жирную вязкую грязь; она мерзко чавкала, изо всех сил цеплялась к утопавшим в ней сапогам, заставляя прилагать изрядное усилие для каждого шага. Очень скоро Энвер начала ворчать; Кристоф же молча терпел, сберегая дыхание. Ещё одна трудность заключалась в ориентировании: кукуруза превышала человеческий рост, мешая осматриваться, и казавшиеся надёжными маяками чёрные вышки разглядеть было не так-то просто. Парень рассчитывал на то, что склон холма укажет направление. Но холм оказался столь же обширным, сколь и пологим, а насыщенная влагой земля и плохая видимость окончательно скрадывали и без того слабо ощутимый уклон. Дорога на вершину обещала стать долгой. К счастью, через некоторое время напарники выбрались на узкую, но надёжную с виду, проторённую тачками дорожку, которая вела строго на вершину. Пырей по краям тропы не давал подошвам тонуть, и остаток пути волшебники преодолели намного быстрее.

Вершина холма – круглая площадка диаметром около сотни ярдов – была свободна от злаковой культуры. Она казалась бы абсолютно пустой, если бы не три загадочные конструкции, встававшие здесь в полный рост и практически нависавшие над пришельцами. Ищейки, задрав головы, смерили вышки взглядами.

– Ярдов семьдесят-семьдесят пять, – предположил Кристоф.

Он подошёл к ближайшей вышке, приложил ладонь к её основанию. Сталь была очень старой, тёмно-бурая ржавчина сплошным толстым слоем покрывала фермы сооружения. В некоторых местах от крепёжных болтов и заклёпок остались только зияющие отверстия. По одной из опорных стоек когда-то взбегала на самый верх цепочка скоб, но большая часть их давно отвалилась, делая расстояние между сохранившимися скобами непреодолимым. Всё, что могло представлять хоть какую-то ценность для местных жителей, было снято и свинчено много лет назад. Теперь только ветер раскачивал верхушку великана, извлекая низкие жалобные стоны да тревожный скрежет – единственные звуки на милю вокруг. Беглых взглядов на оставшиеся вышки хватило, чтобы понять: обе находятся в столь же плачевном состоянии.

– Удивительная рухлядь, – покачала головой Энвер, оказавшись рядом с напарником. – И как ураганы до сих пор их не свалили?

– Очень ветхие постройки, – согласился Кристоф. – Должно быть, радиомачты – уж очень похожи. Такие возводили ещё до Войны. Столько лет прошло, а ведь стоят!

– Стоят. Может, неспроста?

– Давай проверим.

Следующие тридцать минут волшебники потратили на тщательное обследование площадки у подножий довоенных реликтов. Внимательно осмотрели каждый фут земли в поисках намёков на дикий шабаш либо иных следов запретного чародейства. Обшарили траву, пощупали землю и несколько найденных камней. Светлый волшебник даже достал свой индикатор магических аномалий, внешне похожий на компас, и долго гипнотизировал безжизненную стрелку. Всё безрезультатно.

– По факту проведённой экспертизы заключаю: нами найдено чуть менее чем ни хрена, – подытожила Энвер, отряхивая руки от комочков грязи. – Ровным счётом. Пусто.

– Даже место обнаружения тела мы сейчас не определим, – огорчённо согласился колдун. – Ей-ей, без магии как без рук.

– Нам бы, конечно, устроить полноценную магическую осаду этого места, – размечталась девушка. – По всем правилам искусства, с артефактами и многослойными заклина-тельными конструкциями… Но увы, конспирация есть конспирация.

– Что поделать…

Напарники подошли к краю травянистой площадки. Внизу, в долине, и правда будто бы зажатой меж четырёх холмов, на берегах маленькой речки Переплюйки стояла деревня Голден Дейл. Деревня, со всех сторон окружённая кукурузными полями. Кругом одни поля. Зелёный океан, в котором скопление домиков терялось, тонуло. Над этим монотонным пейзажем, словно напоминая об угрожающем миру дамокловом мече судьбы, развернулись угрюмые, мрачные небеса. Ветер гнал тучи в одному ему известную даль, и обрывки этих туч колыхались подобно грязным лохмотьям висельника.

– Пойдём, Эн, – зябко ёжась, позвал Кристоф. – Здесь нам ничего не светит. Вернёмся к первоначальному плану.

– Ага, – повеселела волшебница. – Вернёмся, так сказать, к нашим баранам. А вернее, к одному барану и дырявой крыше.

До обеда ищейки вернулись в трактир. Энвер, ещё немного втихую позлорадствовав, отправилась на своё задание. Малость приунывший Кристоф, в свою очередь, полез на крышу вслед за Люсиль, которая по случаю переоделась в мужскую одежду. Сперва чародей опасался за устойчивость на скатах крыши, но кровельный материал успел подсохнуть, и ботинки ступали надёжно, не пытаясь скользить. Не стремился сорваться вниз и ящик с инструментами, который пришлось взять с собой.

Место протечки было обнаружено хозяйкой гостиницы довольно быстро.

– Вот, смотри, – палец Люсиль указал на несколько деревянных чешуек неподалёку от карниза. – Гонт растрескался. Надо поменять, пока дождя нет.

Гонтом назывались прямоугольные деревянные пластины с клиновидным профилем, которые наслаивались друг на друга на манер чешуи. Лжекровельщик присел возле указанного девушкой места и убедился: действительно, некоторые пластины сгнили и практически развалились на части, а вода проникала в трещины. Негодные пластинки нужно было менять, но вот как это сделать – Кристоф понятия не имел.

– Ну как, сделаешь, Арчибальд? – как ни в чём не бывало попросила мисс Деверо. – Тут мне работы на два часа, а ты так вовсе за час управишься.

– Управлюсь… – буркнул маг себе под нос.

Он попытался просто вытащить испорченные пластинки, подёргав их, но понял, что гонт приколочен к обрешётке. Причём гвозди прятались под пластинками, лежащими сверху внахлёст. Ищейка присвистнул: ради дюжины гнилых пластин придётся снимать ещё полсотни годных плюс часть конька. Отковыривая монтировкой деревяшки, Кристоф украдкой косился на Люсиль: девушка с интересом наблюдала за его неуклюжими, неуверенными движениями. «Плакала моя легенда!» – подосадовал парень. С грехом пополам разобрав нужный участок кровли, он отломал отжившие своё обломки и рассовал их по карманам – просто выбросить мусор с крыши маг постеснялся.