Но волновался я понапрасну. Через пару минут блондин вновь появился в вестибюле и, с кислым видом показав на автоматический лифт, коротко бросил:

— Третий этаж, седьмая квартира, — и повернулся ко мне спиной, демонстрируя похвальное отсутствие любопытства.

Поднявшись и пройдя утомительный коридор все с той же дубовой облицовкой, я остановился возле нужной мне двери, из-за которой доносились приглушенные звуки музыки — по радио исполняли Моцарта. Я нажал на кнопку звонка, и через мгновение в отворившейся двери появилась пожилая женщина с приятным лицом, одетая в черное шелковое платье и белый, украшенный оборочками фартук.

— Мистер Брэндон?

— Да.

Вручив горничной шляпу, я прошел в небольшую прихожую, где в одиночестве коротал время овальный стол, в центре которого красовалась серебряная ваза с орхидеями.

— Мистер Брэндон, — объявила горничная, открывая следующую дверь и пропуская меня вперед.

Я оказался в просторной гостиной. Около светло-оранжевых стен стояли того же цвета кресла, пол был застлан мохнатым белым ковром. Подле гигантской радиолы ждала высокая стройная девушка с шелковистыми пепельно-светлыми волосами. Ее глаза напоминали огромные черные фиалки. Человек я сообразительный и сразу понял, что это хозяйка квартиры мисс Криди.

Марго отличалась высокой грудью, длинными ногами и изящными, слегка округлыми бедрами. Стройность фигуры подчеркивало вечернее платье с глубоким декольте. Колье из крупных бриллиантов, сверкавших на точеной шее, пробило, вероятно, ощутимую брешь в банковском счете старика Криди: такие подарки принято делать в семьях миллионеров, когда дочери достигают совершеннолетия, Довершали наряд усыпанные бриллиантами ручные часики и кольцо на мизинце с длинным плоским рубином в золотой оправе.

Я мог оценить ни с чем несравнимую радость миссис Криди, когда ее падчерица покинула дом на берегу залива: соперничать с такой красавицей было действительно трудновато.

— Прошу извинить меня за столь поздний визит, мисс Криди. Я не стал бы тревожить вас, если бы к тому не принудило чрезвычайно срочное дело.

Она чуть заметно улыбнулась. Это не было ни проявлением дружеского расположения, ни неприязнью: подобной безличной улыбкой воспитанная хозяйка приветствует в своем доме незнакомца. Ни больше ни меньше.

— Оно имеет какое-нибудь отношение к моему отцу?

— Боюсь, что нет. Признаться, я не рассчитывал, что вы согласитесь принять меня, и только поэтому решил воспользоваться именем вашего отца.

Она смотрела мне прямо в глаза, и под ее вопросительным взглядом я почувствовал себя не совсем в своей тарелке.

— Я возглавляю детективное агентство «Стар», — торопливо продолжал я. — Надеюсь, вы не откажетесь мне помочь.

Она нахмурилась, выражение ее лица мгновенно стало чопорным и натянутым.

— Если я правильно поняла, вы — частный сыщик?

— Именно так. Я веду расследование одного преступления, и вы, мисс Криди, могли бы мне серьезно помочь.

Взгляд ее стал совсем ледяным.

— Я? Помочь вам? Извините, но я не улавливаю, с какой стати я должна вам помогать?

— Конечно, вы не обязаны этого делать. Но ведь есть люди, которые считают своим долгом помогать ближнему. Разрешите в двух словах изложить суть дела. Возможно, оно вас заинтересует.

В глазах Марго я прочел нерешительность, но в конце концов она села, жестом предложив мне кресло.

— Пять дней назад, мисс Криди, — начал я, — мой компаньон Джек Шеппи приехал в ваш город из Сан-Франциско. Его вызвал клиент, отказавшийся сообщить свою фамилию нашей секретарше. Поскольку я в это время отсутствовал, Шеппи уехал один, оставив в записной книжке лишь имя вашего отца.

Она внимательно слушала, и я обратил внимание, что выражение отчужденности постепенно исчезает с ее лица.

— Шеппи телеграфировал мне и попросил срочно приехать в Сан-Рафаэль. Когда я прибыл, его в гостинице не оказалось: дежурный сообщил, что он ушел на пляж. Спустя некоторое время явился полицейский и, узнав, что я компаньон Шеппи, попросил опознать труп: он был убит сегодня в купальной кабине на пляже Бэй-Бич.

Теперь девушка смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— О да, я читала об этом убийстве в вечерних газетах. Но я и предположить не могла. Покойный был вашим компаньоном?

— Да.

— Вы говорите, он записал в блокноте фамилию моего отца? — Она нахмурилась: — Странно, зачем ему это понадобилось?

— Не знаю, хотя, возможно, именно ваш отец и вызвал его по телефону.

Отведя в сторону взгляд, она начала крутить рубиновое кольцо на мизинце. Мне показалось, что она слегка занервничала.

— Папа никогда не звонит сам. Если бы ему понадобились услуги сыщика, он передал бы это через своего секретаря.

— Вопрос мог быть чересчур деликатным, — возразил я.