– Какого черта тут происходит?! – громко вопросил один из них.

Тимофей успел заметить его длинный нос и ночной колпак с еще более длинной кисточкой. Та свисала почти до груди.

– Вора ловим! – на бегу отозвался Яков.

В его голосе прозвучало столько азарта, словно тут как минимум шла большая игра в кости. И в какой-то момент показалось, что тень проиграла.

Дверь с галереи в главное здание стояла нараспашку, но проход закрывал собой здоровенный бугай в безрукавке на голое тело и широченных шароварах. Тень летела прямо на него. Бугай подобрался, готовясь своей широкой грудью встретить беглеца. Тень стремительно скользнула вниз, и ловко прошмыгнула у него под ногами. Только штанины всколыхнулись.

– Да чтоб тебя! – пробасил бугай.

Тень уже летела вниз по лестнице. Бугай отпрянул назад и вжался в стену, пропуская толпу преследователей, а затем тяжело затопал следом.

В главном здании было светлее, и это оказалось очень кстати. Не для того, чтобы получше разглядеть тень, – на свету та приняла облик человека в широком черном плаще, полностью скрывавшем фигуру, – а чтобы банально не навернуться на лестнице. Та была крутая, с узкими каменными ступенями. На такой лестнице свернуть себе шею как нечего делать! Да еще сверху бугай заревел, словно иерихонская труба:

– Тревога!

Тимофей под этот рев все-таки оступился, но это была последняя ступенька, и он только врезался плечом в стену.

Впереди был большой зал. Вечером тут подавали ужин приличным постояльцам. Слабые ароматы жаркого еще витали в воздухе. Тимофею сразу вспомнились эти восхитительные кролики, запеченные в душистых травах. В центре зала застыл удивленный служитель с метлой в руках. Беглец в черном плаще беззвучно скользнул мимо. Служитель выронил метлу и торопливо перекрестился.

– Матерь Божья, спаси и сохрани! – воскликнул он.

При этом служитель взглядом неотрывно следил за беглецом. Ему вся благодать и ушла! Карл споткнулся о метлу и растянулся на коврах. Яков споткнулся уже о рыцаря. Вскоре поверх них образовалась куча-мала. Куча барахталась и сыпала богохульствами, как умелый лучник стрелами.

Со двора в зал ворвались охранники с оружием в руках и свирепым недоумением во взорах. Тимофей указал им на беглеца.

Тот метнулся на кухню. По крайней мере, оттуда во время ужина выносили блюда. Проход был занавешен синей тканью. В опасной близости от ткани на стене горел факел. Беглец прошмыгнул под ним. Пламя на миг выхватило из полумрака ярко-красный платок-куфию. Она закрывала всю голову и лицо беглеца, оставляя одни глаза. Затем беглец исчез за тканью, сумев не потревожить ее.

Зря, кстати, старался. Охранники на бегу попросту смели ткань, заодно оторвав и деревянную планку, на которой та держалась. Служитель крикнул им вслед:

– Что ж вы творите, паразиты?!

Те его не услышали. Наверное, оно и к лучшему. Настрой у охраны надавать кому-нибудь тумаков за прерванную полуночную дрему был серьезный, а беглец как раз куда-то подевался. Когда преследователи ввалились на кухню, там никого не было.

– Где он?!

Охранники загремели котлами.

– Туда! – скомандовал один из них, седой и благообразный, словно монах.

За кухней размещалось подсобное помещение, где тотчас опрокинули корзину с фруктами, и те рассыпались под ноги преследователям. В дальней стене оказалась дверь. Она была открыта и вела на улицу. Точнее, улочку. По ней едва бы проехала повозка, да и то поцарапала бы бортами стены домов. По улочке удирал человек в черном плаще.

– За ним! – все с тем же азартом воскликнул Яков.

Уговаривать никого не пришлось, да только дверь оказалась недостаточно широка для всех преследователей разом. Человек пять успели проскочить, а затем бугай с еще двумя паломниками сунулись все разом и застряли. Благообразный охранник и Яков не только оказались в числе первых, но и догадались прихватить факелы.

Высоко в небе висела полная луна, однако ночь все равно была темной. Тележку у самой стены дома в этой тьме разглядела бы разве что кошка. Беглец, скорее всего, просто знал о ней. Как и о том, что в той же стене почти под самой крышей торчали в ряд толстые балки. Скорее всего, потолочные.

Беглец с разбегу взлетел на тележку и подпрыгнул, вскинув руки. Они ухватились за крайнюю балку. Беглец ловко подтянулся и шустро вскарабкался на крышу. Когда первые преследователи поравнялись с тележкой, его уже и след простыл.

Яков влез на тележку и попытался с нее дотянуться до балки, но тележка поехала, и он упал. Тимофей с благообразным пробежали до конца улочки. Она выходила на улицу побольше. Там горели факелы и было очень тихо. С крыши на людей смотрела черная кошка. Заметив, что ее обнаружили, она беззвучно растаяла в ночной мгле.

– Ну, убежал так убежал, – констатировал благообразный и уже более сочувственным тоном спросил: – Много украл-то?

Говорил он на языке франков гладко и уверенно, но с явным акцентом. Тимофей помотал головой.