Калинин начал въедливо глотать буквы на бумаге и рассматривать прилогающиеся снимки:

– Про подчерк пока рано говорить.

– И все же Ром! Последнюю девушку нашли сегодня рано утром. Это дочь очень влиятельного бизнесмена и не только области. А уж в Мытино – генерал махнул рукой… – Вообщем ты сам понимаешь…

Калинин глянул на Малецкого:

– А то есть первая жертва,нам не интерсена. Она же не дочка влиятельного человека!

Генерал слега покраснел:

–Перестань говорить ерунду. Ты знаешь лучше меня, как я к этому отношусь. Но идругоеты наверно тоже знаешь, что влиятельный отец, задействует все рычаги власти, что бы расквитаться с убийцей!

Калинин принялся обратно читать и неглядя на начальника добавил:

– Судя по всему уже задействовал?

Малецкий осек бы любого другого сотрудника за язвительные подначки, но Калинин…Вообщем генерал промолчал.

– Ну тут довольно скудная информация – Калинин не отрывался от бумаг. – Многое не понятно…Это я и в плане подчерка.

Калинин вернул бумаги Малецкому и уставился на него с каменным выражением лица. Генера положил руку на бумаги и ухмыльнулся:

– Ну так что?

Калинин округлил глаза и переспросил:

– Что?

– Ну ты все прекрасно понимаешь… – Генерал скривил лицо, ему было не притно ходить вокруг да около – Я хочу что бы именно ты поехал и во всем разобрался. Если это серия то…

Калинин позволил себе наглость и прервал начальника:

– Я вам отвечу словами, каждого сотрудника…Это еще не факт что это серия…

Генерал закипал, но старался держать себя в руках

– Ну значит надо доказать что это не серия!

Калинин спокойно продолжил:

– Товарищ генерал, я думаю вы прекрасно знаете как я отношусь, к таким рода вещам. Когда у кого то, гдето высокопоставленный родственник и так далее. Мне глубоко фиолетово на каждого из них. Я не буду заниматься частным сыском и с докладом сбивая пороги лизать дорогие ботинки, влиятельных людей. Если вы хотите что бы я зангялся этим делом, вы должны гарантировать мне, полную поддержку в этом вопросе. Ни какого давления на следствие, никакого я извиняюсь за выражение вип обслуживания. Для меня – Калинин ткнул пальцем в фотографии убитых – Эти жертвы одинаковы. Не смотря на звания и регалии. И если вы можете гарантировать мне это – Калинин сложил руки на груди – То я согласен.

Малецкий прищурился:

– Нет. Всей душой я рад, что у меня такой сотрудник. Но ты вдумайся в свои слова. Ты мне ставишь условия. Это неслыханная наглость.

Калинин молча смотрел на Малецкого. Генерал махнул рукой:

– Я согласен. Но очень тебя прошу. В открытый конфликт не вступать. Постарайся держать себя в руках. И все таки попробуй понять. У человека погибла дочь.

– Я все понимаю. Но уменя еще одно… – Калинин осекся. Он хотел сказать условие, но подумал, что это уж слишком. – Просьба!

Малецкий откинулся на кресле:

– Что еще?

– Мне нужен свой человек среди оперов. Ну и заодно правая рука. Так будет поспокойней.

Генерал сделал вопросительное лицо, как бы не понимая в чем проблема:

– Ну так в чем дело? Возьми с собой кого нибудь из главка.

– Я хочу взять с собой капитана Рыжова из Северо Заливского отдела.

Малецкий поменялся в лице:

– Ты шутишь? Этого… – генерал сдержал выражение – капитана Рыжова?

– Да! – Калинин говорил серьезно и его лицо не разу недернулось. – Мы с ним работали уже по делу....

– Я помню, помню…Но ты уверен что именно он тебе нужен сейчас?

Калинин встал как по стойке смирно и поправил китель:

– Да, именно сейчас, и именно он мне и нужен.

Генерал тяжело вздохнул. Он оглядел Калинина и махнул рукой в направлении двери.

Над богатым домом семьи Лисиных нависли тучи. Кромешный мрак царил в огромном и когдато светлом доме. В гостинной у камина сидела женщина. Ее лицо было опухшим от слез. В руках она держала платок, который то и дело подносила то к глазам, то к носу. Невысокого роста мужчина, одетый в строгий костюм, медленно ходил не находя себе места. Он подносил руки к почти лысой голове, как будто хотел втереть остатки волос под кожу. Глаза его блестели, но не одной слезы не упало. Глядя на рыдающую и не произносящую ни слова жену, ему становилось хуже. Он глядел на нее. А она молча сидела и лила слезы. Тихо постанывая.

Тишину нарушил телефонный звонок. Мужчина грозно рявкнул в трубку:

– Да! Вы созвонились Москвой? Если завтра здесь не будет, важняка из Москвы – мужчина стиснул зубы – Ты меня знаешь. Я подниму все силы и все связи. Виновный будет наказан. Завтра же сдезь должен быть следователь и главного комитета. Местные ищейки способны простыни лишь искать. Ты знаешь меня – повисла пауза. На другом конце телефона тоже молчали – Я добьюсь результата любой ценой!

На последнююю фразу среагировала супруга. Она подняла заплаканые глаза. Внимательно посмотрела. Глава семьи увидел взгляд супруги: