После душа ему полегчало, он посидел немного в халате, записывая события дня, расшифровывая стенографические записи. Прочитав показания, он покачал головой и подумал, что Бэллард очутился в не совсем выигрышной ситуации; возникни дело о безопасности шахты, и против него могли бы выдвинуть серьезные обвинения, вздумай кто-нибудь копнуть здесь поглубже. Он поразмыслил и решил, что Рикмен копать тут не будет; не в его интересах вытаскивать что-нибудь, что может бросить тень на компанию. Ганн, юрист профсоюзов, сменил гнев на милость к Бэлларду, продолжая свои обвинения против компании. Стеннинг был удивлен, что юрист Петерсенов, Лайалл, не поднял этого вопроса. Видимо, все это было впереди.

Немного спустя он оделся и вышел из номера, обнаружив Бэлларда, который сидел за столом у бассейна с удивительно красивой молодой женщиной. Когда он подходил, Бэллард краем глаза заметил его и встал.

– Мисс Петерсен, это мистер Стеннинг, он приехал из Англии.

Седые брови Стеннинга приподнялись, когда он услышал ее имя.

– Добрый вечер, мисс Петерсен.

– Хочешь чего-нибудь холодненького? – предложил Бэллард.

Стеннинг присел за стол.

– С удовольствием. Джин с тоником, пожалуйста.

– Сейчас принесу. – Бэллард отошел от них.

– Я могла видеть Вас на расследовании Хука сегодня днем? – спросила Лиз.

– Да, я там был. Я ведь юрист, мисс Петерсен. И очень интересуюсь вашими идеями административной справедливости здесь, в Новой Зеландии. Доктор Гаррисон был так добр, что зарезервировал для меня место.

Она потрепала уши собаки, сидевшей тут же.

– И какие у Вас впечатления?

Он улыбнулся и ответил с осторожностью юриста:

– Об этом говорить пока еще рано. Я должен еще прочитать стенограмму первых дней расследования. Скажите, а Вы имеете какое-то отношение к семейству Петерсенов?

– Да, конечно. Эрик и Чарли – мои браться.

– А!

Стеннинг попробовал как-то все сопоставить, но не смог, и поэтому только повторил:

– А!

Лиз отпила из бокала свой коктейль «Куба Либр», не отрывая глаз от своего соседа. Потом спросила:

– Вы давно знаете Йена Бэлларда?

– Мы остановились в одном отеле, – ответил он, явно избегая ответа.

– А Вы давно с ним знакомы?

– Я знаю его всю жизнь, – ответила она. – И в то же время я его не знаю.

Она заметила уклончивость Стеннинга. Он явно заинтриговал ее.

– Он ведь уезжал в Англию.

– Значит, Вы знали его в Хукахоронуи еще мальчишкой.

– Может, Вам не стоит читать стенограмму расследования, – резко ответила она. – На сегодняшнем заседании об этом не говорилось.

– Нет, – согласился он. – По-моему, я прочел об этом в газетах.

Бэллард вернулся и поставил запотевший от холода стакан перед Стеннингом.

Лиз заметила:

– Мистер Стеннинг говорит загадками.

– О! О чем?

– В том-то и загадка. О чем?

Бэллард посмотрел на Стеннинга и поднял брови. Стеннинг ответил непринужденно.

– Мисс Петерсен – весьма остроумная юная леди, но ей видятся загадки там, где их нет.

Лиз улыбнулась и сказала:

– Давно ты знаком с мистером Стеннингом, Йен?

– Двадцать лет – или немного меньше.

– И вы всего лишь знакомые, – предположила она. – И остановились в одной гостинице, конечно.

– Может быть, я и кривлю душой, мисс Петерсен, – сказал Стеннинг. – Но у меня есть на то причины. Нельзя ли попросить Вас не упоминать моего имени рядом с именем мистера Бэлларда.

– Зачем я буду упоминать Вас?

Стеннинг взял свой бокал.

– Это иногда случается. В случайной беседе о многом можно упомянуть.

Лиз повернулась к Бэлларду.

– Что все это значит?

– Просто у нас с мистером Стеннингом дело, которое мы сейчас предпочитаем не афишировать.

– Это имеет отношение к расследованию?

– Никакого отношения к расследованию, – искренне ответил он.

И повернулся к Стеннингу.

– Кстати, о расследовании. Рикмен сегодня утром, перед заседанием, попытался меня подкупить. Он подошел ко мне и...

Он остановился, потому что Стеннинг махнул рукой и сказал:

– Следует ли мне понимать, что ты не возражаешь, если мисс Петерсен узнает об этом?

– А почему бы ей об этом не знать? – удивленно спросил Бэллард.

Стеннинг нахмурился.

– Что-то я ничего не понимаю, – сказал он раздраженно.

– Просто сначала Рикмен пытался подкупить меня, потом – шантажировать.

Он пересказал беседу с Рикменом.

Стеннинг поморщился.

– Кто-нибудь был свидетелем этой любопытной беседы?