– Ничего страшного, Билл, – нежно прошептала Изабель. – В конце концов, получится. Это только начало. – Она поцеловала его в щеку, но Билл отстранил ее, пытаясь справиться со слезами. Сейчас он с радостью убежал бы прочь, но и это было невозможно.

– Нет, это не начало, – зло проговорил он. Злился он только на себя, отнюдь не на нее. – Это конец.

– Никакой это не конец, – сказала она так, словно разговаривала с ребенком. – Ведь доктор предупреждал тебя, что нужно время.

Но Билл был в ужасе. Женщине трудно представить себе, что это значит. Конечно, как и у любого мужчины, у него время от времени случались осечки – когда он слишком уставал, расстраивался или чересчур много выпивал. Но сегодня был особый случай: он впервые должен был заняться любовью с Изабель и к тому же доказать самому себе, что он по-прежнему мужчина. Сегодняшний день изменил для него все – теперь он был уверен, что им нужно расстаться. В эту ночь он потерял уважение к себе и все надежды на будущее с Изабель.

Для нее же ничто не изменилось. Изабель не сомневалась, что когда-нибудь все наладится. А если и нет, она все равно готова была смириться с обстоятельствами и любить его. Если бы она узнала о тех выводах, к которым пришел Билл, это показалось бы ей настоящим безумием. Секс в жизни Изабель ничего не значил. Более того, теперь она любила Билла еще больше – нежность ее была бесконечна.

Неудача сильно повлияла на настроение Билла. И хотя они продолжали спать в одной палате, он был твердо настроен больше попыток не повторять: нового унижения он бы не выдержал. Изабель осторожно старалась его подбодрить. Если Билл сразу не прерывал ее, она говорила о том, что все его способности, в конце концов, восстановятся, нужны только время и терпение. Что и в этот раз ощущения Билла были слишком сильными, чтобы считать, будто он навсегда останется импотентом. Но Билл категорически отметал все надежды, считая, что мужчиной он быть уже перестал. С Изабель они по-прежнему оставались близки, но опасных экспериментов он больше не проводил.

А время неумолимо бежало. С Биллом начали работать физиотерапевты, а Изабель подвергли самым разнообразным обследованиям. Оба понемногу выздоравливали, и неизбежно им вскоре предстояло расстаться. За возможность провести вместе эти два месяца они заплатили высокую цену, зато к концу этого срока Изабель и Билл чувствовали себя почти что мужем и женой.

Он провожал ее на обследования, по утрам они вместе читали газету и завтракали, а по ночам спали на сдвинутых вплотную кроватях. Единственное, чего не хватало в их супружеской жизни, – это секса, что по-прежнему мучило Билла. Изабель же никогда еще не чувствовала себя такой счастливой.

– Мне кажется, будто я работаю где-нибудь на курорте, – добродушно заметила одна из сестер, когда они возвращались после солнечной ванны. Вообще процесс выздоровления шел у Изабель достаточно гладко. Гордон все больше настаивал на ее возвращении в Париж, и она, как и Билл, понимала, что это уже вопрос дней. Конечно, могли возникнуть еще какие-то обстоятельства, которые позволили бы ей здесь задержаться, но Изабель старалась на это не рассчитывать. Ей ужасно не хотелось расставаться с Биллом, ведь никто не знал, когда они смогут встретиться снова.

Со своими детьми она разговаривала каждый день, и ее крайне беспокоило, что голос Софи звучал непривычно напряженно. Вся ответственность за Тедди теперь целиком лежала на ее плечах. Самочувствие мальчика значительно ухудшилось с тех пор, как Изабель в последний раз видела его. И она чувствовала себя виноватой за то, что так долго находится вдали от дома, хотя застряла на два месяца в лондонской больнице отнюдь не по своей вине.

Иногда они касались темы грядущего расставания, и Изабель утверждала, что они смогут и впредь встречаться так же, как в нынешнем июне. Отношений с Биллом она не собиралась прерывать, пусть даже они смогут видеться всего несколько раз в году. На все подобные рассуждения Билл реагировал достаточно неопределенно. Сейчас он даже думать об этом не мог. Хотя его состояние постепенно улучшалось, Билл выздоравливал гораздо медленнее, чем Изабель, и настроен был гораздо пессимистичнее. По мнению Билла, прежде чем планировать будущее, стоило посмотреть, как пойдет процесс реабилитации. Он не хотел быть ей в тягость, но и плохо представлял себе, каково потерять ее навсегда. После их нынешнего совместного пребывания в больнице трудно было вообразить, что они смогут ограничиться одними телефонными разговорами.

– По-моему, ты не очень ясно оцениваешь реальность, – однажды заявил он. – Гордон знает, что в ночь аварии мы были вместе. Когда он был здесь, то в самых решительных выражениях потребовал, чтобы я к тебе не приближался. Вряд ли тебе удастся так легко ускользнуть из дома. Я уверен, теперь он будет постоянно начеку. – Возможно, он даже станет подслушивать ее телефонные разговоры. Известие о том, что Изабель под самым его носом завела дружбу с каким-то мужчиной, Гордона, чувствуется, потрясло до глубины души.

Билл знал, что если он будет на всю жизнь прикован к инвалидной коляске, то не станет обременять ее жизнь. И не только ее. Именно это обстоятельство стало одной из основных причин его развода.

Если он когда-нибудь снова станет ходить, то сможет тайно встречаться с Изабель где-нибудь во Франции. Но только в том случае, если доктора в реабилитационном центре окажутся в состоянии ему помочь и он снова станет мужчиной. Иначе о продолжении отношений с Изабель не может быть и речи. В последние дни пребывания в больнице Билла чрезвычайно мучили обе эти проблемы – сможет ли он ходить и сможет ли спать с женщиной. Он старался не показывать своего мрачного настроения, но Изабель все понимала и без слов.

Доктору он все же сообщил о своем неудачном эксперименте и о том, каким горьким было разочарование. Врач, как мог, постарался его утешить.

– То, что вы рассказали, – проговорил он, – на самом деле звучит довольно обнадеживающе, учитывая характер травмы. По-прежнему весьма вероятно, что в течение года вы достигнете и эрекции, и оргазма. Пожалуй, вы просто немного поторопились. – Слова доктора звучали утешительно, но Билл ему не поверил и продолжал цепляться за свои страхи.

Несмотря на его страдания, они с Изабель продолжали жить в одной комнате. Она, в свою очередь, много размышляла о будущем. Было ясно, что из-за Тедди и Софи она никогда не разведется с Гордоном, но в то же время она не собиралась терять Билла. Быть его любовницей? Изабель никогда не представляла себя в этой роли, но теперь это ее больше не шокировало, тем более что ничего другого не оставалось. С Биллом она испытала то, чего раньше даже и представить себе не могла. Ей часто казалось, что у них одна душа на два тела, и ничто на свете не могло ее заставить от этого счастья отказаться.