Пока звенели клинки, за кулисами шла иная битва, закрытая от большинства – дипломатическая. В пролеске, недалеко от замка, в небольшой увитой плющом беседке встретились два духа. Смотрели они друг на друга с подозрением, но тем не менее любезно обменялись приветствиями, как представители благородного сословия. Как говориться, при жизни лорд – и после смерти тоже лорд. У обоих имелось много чего интересного, что они хотели сообщить друг другу.

– Я сэр Джованни, меня прислал сэр Кампеадор де Моле, – произнёс призрак рыцаря в дорогих доспехах. – Я уполномочен вести переговоры от его имени.

– Чудесно, – кивнул его собеседник – худощавый старик в пурпурном камзоле с серебрянным шитьём. Будь здесь Сергей, он бы нашёл много общего в острых чертах лица этого человека с покойными Викрамом де Могильяком. – Я сэр Крампус де Могильяк, главный дух-хранитель родового замка Могильяков. Уполномочен говорить от нашего общества духов-хранителей.

– Сэру Кампеадору доложили, что вы крайне недовольны Тёмный лордом, захватившего графский престол, – произнёс сэр Джовани. – И убившем последнего представителя вашего благородного семейства Могильяков.

– Не травите душу, сэр Джованни, – поморщился сэр Крампус и сильно закашлялся. – Чёртова Ночь Длинных Теней, меня вечно разбирает кашель из-за неё... Я сразу скажу, что мы не примем правителя со стороны. На троне графства должен сидеть исключительно урождённый Могильяк! Иного мы не потерпим.

– Боюсь, это исключено, – рыцарь-посол покачал головой. – Вам придется выбирать, иначе мы не договоримся. Или признать сэра Кампедора своим господином, или смириться с владычеством Тёмного лорда.

Сэр Крампус скривился, словно проглотил разом лимон. А то и целое ведро лимонов. Весь его вид говорил о том, как было бы хорошо вернуть старые времена, когда не было ни Тёмных лордов, ни сэров Кампеадоров, а Барон лишь изредка маячил на горизонте...

– Хорошо... мы примем сэра Кампеадора, как нового призрачного лорда Могильяка, – неохотно признал призрак. – Однако с тем условием, что новый лорд в мире живых возьмёт себе в жёны указанную нами девушку.

– По какому критерию должна быть отобрана данная девушка? – уточнил рыцарь-призрак.

– По её жилам должна течь кровь Могильяков, – пояснил сэр Крампус. – Наши предки издревле заключали династические браки с соседними лордами, выдавая за их сынов своих дочерей. Мы выберем достойную дщерь, чей отец не поддержал Тёмного узурпатора.

– Что ж, в свою очередь могу вас заверить, что у сэра Кампеадора есть живые потомки по мужской линии, – подтвердил рыцарь. – Один из них сочетается браком с указанной вами женщиной, в коей течёт кровь Могильяков. Их отпрыск станет новым лордом, властвующим в мире живых.

– Да будет так, – кивнул сэр Крампус.

– Этой ночью мы ждём от вас содействия в штурме, – напомнил рыцарь-посол.

– Да... да, мы выполним нашу часть договора, – подтвердил сэр Крампус. – Мы подточим и разрушим ведьмины чары, защищающие часть стены, и ваши войска смогут беспрепятственно проникнуть в замок.

Мечи в руках Сергея окрасились чёрным по самые рукояти. Над крепостными стенами сгустилась тёмно-синяя дымка — эссенции душ, скопилось так много, что её не успевали поглощать. Жадные падальщики мира духов, вроде голодных духов, крутились поблизости приманенные вкусным запахом, но пока не решались приблизиться, дожидаясь своего часа. "Странные" тени, тени без хозяев, разбросанные по всему полю боя, замерли и едва заметно подрагивали, словно прислушивались к происходящему. Многие вели себя, словно дикие звери — щёлкали зубами и размахивали когтями, как будто чуяли близость крови и смерти.

Требушеты начали обстреливать замок огромными глыбами. Некоторые снаряды Сергею удавалось сбить при помощи выстрелов из Башни колдовства, однако большая часть успешно достигала цели. Обстрелу подвергались стены, башни, ворота, некоторые глыбы залетали во внутренний двор и разрушала вспомогательные постройки. И тем не меняя укрепления держались. На стенах и башнях оставались вмятины, однако замок хоть и был стар, строили его на совесть. Прочные стены держались под натиском, как и обещал сэр Горус, полностью уверенный в Могильяке.

Не смотря на чудовищное давление, защитники крепости сдерживали нападавших. Армия Барона несла чудовищные потери, и не могла закрепиться ни на одной из стен. Бласты Башни колдовства всё чаще пробивали защиту армейских колдунов, сея опустошение во вражеских рядах. Ещё чуть-чуть и даже в тупых головах пушечного мяса зародится семя сомнения — что если их попросту используют?

Сэр Симон, тем временем похоже решил, что пора закрепить успех по деморализации вражеской армии и отдал приказ атаковать подземному засадному полку. Земля под ногами наступающих задрожала, и на поверхность полезли сотни, тысячи, десятки тысяч мертвецов! С остервенением они бросились на духов, сея панику среди них.