А ещё не смеялась леди Элеонора. Только покраснела ещё сильнее, практически полностью скрыв лицо веером. Кажется, подобные развлечения ей не особо нравились.

– Что творят, черти! – отсмеявшись, произнёс сэр Симон. – Никогда таких отборных шуток не слышал. Две тысячи лет назад в моё время так точно не умели.

– Да, шутки, когда смеются не над самой шуткой, а над её глупостью, были актуальны во все времена, – вздохнул Сергей.

– Шутить изволите, милорд, – ухмыльнулся сэр Симон.

– Эй, Рукозад! – громко крикнул граф, когда придворные вдоволь посмеялись над кривляньями шутов. – А ну ка спой гостю мою любимую песню!

Шут прокашлялся, распрямил плечи, принял важную позу, словно благородный, и начал с выражением декларировать:

Мужики, что злы и грубы,

На дворянство точат зубы,

Только нищими мне любы!

Любо видеть мне народ

Голодающим, раздетым!

Страждущим, необогретым!

Чтоб крестьяне не жирели,

Чтоб лишения терпели,

Надобно из года в год

Всех держать их в чёрном теле...[1]

[1] Бертран де Борн, 1195 год, перевод В.А. Дынник

"Почти тысяча лет прошла – ничего не изменилось," – подумал Сергей. В его родном мире Земли, кажется, тоже существовали похожие стихи.

– Эх, в каждом слова правда! – сэр Викрам сделал вид, словно смахивал с ресниц слезу. На самом деле глаза его оставались совершенно сухими.

Сергей как стоял с костяным "покерфейсом", так и дальше стоял. Всё это клоунское представление с шутами ему уже начало надоедать. Чего граф добивается, устраивая шоу со стихами и плясками?

– Лучше всего, когда крестьянин плачет, и худо, когда он радуется, – заявил сэр Викрам и обратился к придворным. – Правильно я говорю, господа?

Те издали одобрительный гул.

– Я осведомлён обо всех этих вещах, – сухо ответил Сергей. – И считаю их крайне неэффективным подходом. Вместо того, чтобы экономить на крестьянах, куда лучше внедрять более современные и продуктивные способы сельского хозяйства. На мой взгляд в Империи давно назрела аграрная революция. Для неё уже созданы все условия, однако закостеневшее крепостное право мешает активному применению нововведений.

В зале воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь жужжанием пары мух, случайно залетевших через распахнутые окна.

Сергей знал, о чём говорил. Он потратил не мало времени на изучение обстановки в Империи Арсамон, и увидел кучу возможностей для внедрения новшеств из своего двадцать первого века. Они в свою очередь поспособствуют постепенной смене характера общества с аграрного на индустриальное. Хотя изменения будут весьма болезненными, ожидаемые в перспективе доходы покроют расходы сполна.

Граф с некоторой опаской посмотрел на него.

– Сэр Сергей, ты сейчас столько странных и непонятных слов произнёс... Ты случаем демонов не призываешь?

– Нет.

– Слава Императору, а то я уж испугался... – с облегчением произнёс сэр Викрам. Следом выдохнули придворные, которых тоже очень напрягла фраза про сельское хозяйство. – Не шути так больше. Как ни крути, а лучший метод ведения хозяйства – это когда мужика палкой ниже спины посильнее лупишь, чтобы работал быстрее, скот такой. Проверенно веками. Действует безукоризненно.

– Это заметно. То-то твои крестьяне сами в плуг вместо лошадей впрягаются.

Сэр Викрам заметно помрачнел, недовольно глядя на него. Кажется, слова Тёмного лорда задели его за живое.

– Послушай, граф, – примирительно произнёс Сергей. – Я знаю, о чём говорю. Все твои финансовые проблемы можно решить относительно легко, хотя и не быстро. Даже казну распаковывать не придётся. У меня не так много земли и крестьян, но зерна в этом году они произвели в несколько раз больше, чем аналогичные хозяйства за тот же период. Можешь сам убедится, это абсолютно открытая информация.

От Сергея не укрылось, что у леди Элеоноры загорелись глаза после его слов. Дама хоть и не вступала в разговор, изображая тихую и послушную жену, но слушала очень внимательно.

Лицо графа немного посветлело. Кажется, потенциальная финансовая выгода несколько смягчила его. Он обернулся и бросил быстрый взгляд на жену. Леди Элеонора, продолжая прикрывать лицо веером, едва заметно кивнула, внимательно глядя на Викрама.

– Что ж, Тёмный лорд, как пожелаешь, – кивнул граф, повернувшись снова к Сергею. Всем своим видом он демонстрировал сожаление, словно соглашался на предложение крайне неохотно, исключительно под большим давлением. – Хочешь присягу, будет тебе присяга. Не желаешь ли пройти в мой кабинет, чтобы обсудить все финансовые нюансы без свидетелей?