– Ты же из тех, кто пережил Падение?

– Да это так. До сих пор не могу прийти в себя после всего. Чувствую себя потерянной и опустошённой, – словно оправдываясь за свое вторжение, ответила Атаис.

– Нам всем сейчас нелегко, – попытался поддержать её мужчина, – Я Хадам. Мы с Зейлит проверяем исправность систем.

– Атаис, – представившись, она, робко и недоверчиво, окинула взглядом новых знакомых. Увиденное явно не вписывалось в рамки технической проверки Ковчега.

Поняв сомнения Атаис, мужчина пояснил:

– Мы из нового поколения. Вышли из коконов незадолго до Падения. Высшие решили немного изменить нас для параллельного витка эволюции. Мы иные, как ты заметила. Более чувственные. Эмоциональные. Нас влечёт друг к другу, словно мы привязаны незримыми нитями.

– Мне это знакомо. Иногда я тоже чувствую себя другой. Слишком много эмоций возникает. Особенно после случившегося, – поделилась ответной откровенностью Атаис.

– Другие не должны догадаться о наших отклонениях, – заговорщицки улыбнулся Хадам.

– Да, – согласилась Атаис.

– Пусть это останется нашей небольшой тайной, – предложила Зейлит.

– Конечно, – подтвердила Атаис.

Попрощавшись, она смущённо направилась к выходу.

Они проснулись почти одновременно. В просторном зале находились только два их кокона. Они были распахнуты. Свет пронизывал пространство. Приоткрыв глаза, Зейлит увидела высокие своды потолка, затем бассейн с прозрачной розово-изумрудной жидкостью, заливающей её тело. Голова была приподнята. Она окинула себя взглядом, от пят до груди, и осталась довольна. Зейлит попыталась приподняться и посмотреть по сторонам. В соседнем коконе плавал юноша. Он не торопился выбираться наружу и блаженно наслаждался ощущением кажущейся невесомости. Его синие глаза были широко распахнуты.

– Эй – мысленно позвала Зейлит.

Юноша, словно очнувшись, высунул голову из кокона и с нескрываемым восхищением, посмотрел на неё. По его лицу и тёмным волосам стекали розово-зеленые, густые капли.

Как по команде, зал заполнили помощники. Они заботливо достали проснувшихся из коконов, вытерли, обсушили, одели, попутно что-то спешно обсуждая между собой. Суть их разговоров Зейлит не уловила. Всё происходило очень быстро. Словно в тумане. Её привели в комнаты, где ожидала наставница, которая сразу начала обучение. Так Зейлит стала постигать науку жизни.

С тех пор она не видела проснувшегося с ней юношу, но его взгляд врезался в память навсегда.

Иногда к Зейлит приходили странные мечты. Она представляла их встречу, прогулки наедине по пустынным террасам и нечто большее, что смутно приходило во снах, и о чем она боялась признаться даже самой себе.

Неожиданно, этот страшный день настал. Накануне Падения мир разделился на тех, кто будет спасён и тех, кто уйдет в забвение. Зейлит тревожно металась по апартаментам. Она не могла смириться со своей участью. Её жизнь только начиналась. До Падения оставались считанные часы. Зейлит была уверена, что мир забыл о ней. Претендующих на место в Ковчеге слишком много. У неё нет явных выдающихся способностей, как у некоторых, а значит, нет и шансов.

Неожиданно тонкая перегородка двери отъехала в сторону. На пороге, в мундире, стоял представитель Совета.

– Вы вошли в число избранных, – торжественно сообщил он.

Этого оказалось достаточно, чтобы Зейлит попала на последнюю шлюпку, направляющуюся к Ковчегу.

Странно, но наблюдая за гибелью планеты с борта Ковчега, она думала о Нём. Удалось ли ему спастись? Почему-то она ощущала, что он где-то рядом.

Хадам всё время помнил о ней.

Когда чьи-то сильные руки вынули его из купели кокона и выводили из зала, он видел как её окружили Хранители Пути, пытался снова поймать её взгляд, что-то сказать, очень важное для неё, для них обоих… Но тогда Хадам почти не знал слов. Раздавались только бессвязные мысли. Он пытался вырваться из чужих крепких объятий. Вернуться к ней. В таком состоянии его привели к Наставнику и заперли в отдельном боксе.

Иногда, некоторые обитатели планеты, после череды бесконечных перерождений и воскрешений, устав от слишком знакомого, спокойного, благополучного и предсказуемого мира, стремятся обрести новые впечатления, познать другие формы бытия или уйти в безвременье. Они покидают это пространство, оставляя пустые коконы, чтобы появиться в иных просторах Вселенной. В таких коконах выращивают Впервые Проснувшихся. Это происходит крайне редко. Хадам оказался в их числе.

Когда Впервые Просыпающиеся находятся в коконах, им сообщают предварительную информацию о мире, в котором они появятся. После пробуждения, наставники напоминают и воскрешают в памяти необходимые фрагменты, расширяют познания. Присматриваются к будущим представителям сообщества, помогают адаптироваться.

Выяснилось, что Хадам значительно отличается от остальных. Вскоре ему дали понять, что подобное поведение – неприемлемо. Привязанность к незнакомке, желание встречи с ней – недопустимо и может послужить помехой для дальнейшей адаптации и присоединения к сообществу. Если не удастся обуздать эмоции, скорее всего его, ждут изгнание и одиночество.