— Но, Дмитрий Леонидович, — Андреев все никак не мог поверить своим ушам, — как же я…

— Тише, Сашок! Не надо шуметь. Ты же знаешь, где работаешь, тут и стены порой умеют слушать. Просто пойми одну вещь — мы с тобой в этой игре посредники, не более. Нас заменить проще, чем шнурки подвязать. Прошло уже много времени, а Секирин все еще жив. Если так пойдет и дальше, то для него найдут просто других исполнителей…

— Так, может, и пусть?

— Не глупи, Александр! Для нас двоих это все равно что смертный приговор. С нашей осведомленностью нас никто в живых не оставит, не смотря ни на какие прошлые заслуги. Мы либо все будем одним говном помазаны, либо от нас избавятся. И третьего варианта в этом случае не дано.

— Но чем… то есть как… как я должен буду убить его? — Андреев пытался взять себя в руки, но это удавалось ему с большим трудом.

— Все уже продуманно! Для этой цели я через свои каналы раздобыл ствол. Очень «грязный», с длинной и некрасивой историей, так что если ты оставишь его рядом с трупом Секирина, то никто даже сомневаться не станет, что это дело рук криминала.

— Так ведь не факт, что Секирин вообще там…

— Не факт. — Как-то слишком уж поспешно кивнул полковник. — Но проверить мы обязаны, и сразу должны быть готовы к действиям.

— Мне нужно подумать… — промямлил капитан, внутренне сжимаясь от ожидания неминуемой бури, которая грянет вслед за этими словами.

Но бури не последовало. Вместо этого Демин встал из-за стола и подошел к своему подельнику, с которым они участвовали не в самых хороших делах.

— Сашок, — полковник мягко положил тому руку на плечо, — я тебя не уговариваю, и не убеждаю, потому что знаю, что у тебя своя голова на плечах, и пользоваться ей умеешь получше многих. Угрожать тебе тем более не стану, упаси боже! Не для того мы столько вместе прошли. Но и ты должен понимать, выбора нет. Либо мы его найдем и грохнем, либо нас самих пустят в расход. Подожди! Выслушай! — Начальник, видя желание Андреева вставить какую-то реплику, настойчиво, но не грубо заткнул его. — Да, не факт, что Секирин там, это лишь один из вариантов. НО! Если ты его все же встретишь, у тебя не должна дрогнуть рука, ты обязан быть готовым его исполнить.

— Я… хорошо… — капитан выдохнул, словно решился на прыжок в непроглядно черную воду, и сильно ссутулился, сразу став меньше ростом.

— Ты молодец, Саша! — Демин ободряюще улыбнулся, что в исполнении его одутловатого лица в совокупности с желтыми от частого курева зубами выглядело не очень-то и приятно. — Я верю, что у тебя все получится! Дерзай, я буду на нашем канале ждать от тебя связи!

Вытолкав обескураженного капитана чуть ли не силой, начальник закрыл за ним дверь и раздраженно пнул некстати подвернувшееся под ногу офисное кресло. Какой же все-таки осёл этот Андреев! Нюни развесил, ручки замарать боится. Тьфу! Слюнтяй!

Демин порадовался своему решению не говорить заранее капитану о том, что Секирина по тому адресу уже срисовали, иначе бы этот слабак гарантированно запорол все дело.

Полковник уже не первый раз осуществлял подобные манипуляции, и прекрасно успел изучить типажи людей. Если б он сказал своему подчиненному, что объект точно там и его нужно устранить, то капитан бы мучительно долго метался и сомневался, задавая себе и своей совести всевозможные каверзные вопросы. В конечном итоге, по пути до нужного адреса, с вероятностью в девяносто процентов, он бы передумал, и пошла б вся подготовка псу под хвост.

А теперь же его голова будет занята другими трусливыми мыслишками. Он будет ехать и утешать себя, мол: «Пронесет, авось! Может, и нет там никакого Секирина? Может, не придется никого убивать…» И в самый решающий момент, когда нужно будет нажать на спуск, капитан, не успевший подточить себя долгими сомнениями, сделает все так, как нужно. Это только по названию Андреев фээсбэшник, а на деле — крыса конторская, который порох нюхал только на стрельбище. Так что без определенной психологической накачки или вот такого, трюка, какой сейчас провернул Демин, хрена с два бы что вышло!

Эх, как же тяжело работать с дилетантами… насколько б проще и надежней было спустить на медиума штатных ликвидаторов службы безопасности. Возможно, используя свой авторитет, Демин смог бы даже кого-нибудь из рядовых палачей убедить или заставить принять участие в этом мероприятии, но слишком уж велик был в этом случае риск раскрыть себя. Пусть не сразу, пусть в течение какого-то времени, но итог стал бы закономерным — следствие, суд, зона. А то еще, возможно, что те, кто спускают распоряжения Демину, испугались бы его красноречия, и описанная схема прервалась уже б на пункте «следствие».

Поэтому и приходится иметь дела с такими недотёпами, как Андреев, улыбаться им и ласково убеждать, чтобы ненароком не надавить слишком сильно, не спугнуть или не обидеть, иначе они могут взбрыкнуть в самый неподходящий момент и испортить просто всё. Господи, как же этот капитан ему уже надоел! Ну, ничего, пусть сейчас всю грязную работёнку сделает, а там уже и надобность в нем отпадет. Давно уже пора этого кретина списать в запас…

Гулко завибрировавший телефон пополз по деревянной столешнице, ярко светя экраном в темноту спальни, и разбудил Доржиева. Слепо шаря рукой, все еще не размыкая будто склеенных век, он нащупал трубку и, щурясь от нестерпимо яркого света, глянул на время в верхнем углу дисплея. Твою мать, половина шестого утра! Дежурный там совсем с дуба рухнул?!