М-да, не очень хорошая ситуация вырисовалась. Но что я могу поделать? Только если приползти на коленях к Сухову с мольбами меня понять и простить, попутно читая текст присяги.

— Знаешь, Дамир, а так даже лучше. По крайней мере, ты не будешь разрываться между служебным долгом и нравственным. Меньше знаешь — крепче спишь. Есть мысли по поводу того, что от меня хочет Сухов?

— Ты, Серый, наверное, плохо меня слушал. — Он чуть нахмурился, услышав мои умозаключения про долг, но поскольку я сразу же переключился на другую тему, не стал заострять внимание на моей фразе. — Я тебе только что сказал, что нахожусь чуть ли не в информационном вакууме. Только слухи в курилке собираю, как сплетница.

— Но догадки у тебя хоть какие-нибудь есть? — Настаивал я на своем.

— Есть… я думаю, что он хочет тебя привлечь по делу Свиридова. Больше просто не из-за чего. Этот глухарь как дамоклов меч над головой целого Управления нависает, и чем больше времени проходит, тем ситуация хуже.

— Все-таки глухарь… — пробормотал я задумчиво, пытаясь припомнить наш последний разговор с генералом. — А мне он говорил, что я ошибаюсь в своих выводах, и у вас расследование все идет своим чередом…

— Вы с ним обсуждали это? — Дамир удивился так сильно, что сделал вторую затяжку, забыв выдохнуть дым от первой. Дело ведь было до жути щекотливое, и представить, что Сухов говорит о нем с кем-либо посторонним, было просто немыслимо.

— Да так, немного коснулись. Генерал мне лишь намекнул, что у вас все в порядке, но и мое участие в этом деле очень было бы кстати. Вроде как пытался сделать хорошую мину при плохой игре. Но условием мне было озвучено, что я должен пойти под погоны.

— Старый интриган… — майор зло сплюнул на землю, процедив вдогонку еще какое-то неразборчивое ругательство.

— Как будто ты раньше этого не знал. Слушай, Дамир, раз уж мы сумели пересечься, я хочу еще кое о чем тебя попросить.

— Постараюсь помочь, Серый. — Он тряхнул головой, отгоняя мысли о своем начальнике. — Что там у тебя?

— Ты знаешь, кто такой Хан?

— Шутишь? Конечно же знаю. Крестный отец, блин, всей московской мафии.

— Да, точно он. В общем, этот монгол, или кто он там есть, похитил одну девушку, чтобы шантажировать меня. И он уже этим очень активно пользуется, заставляя меня плясать под свою дудку…

— Блин, Серый, это очень хреново! — Галиуллин было собрался устроить тут нервные вышагивания, но ограниченный периметр куцей растительности его остановил. — Поверь мне, запятнавшись раз в этом дерьме, уже никогда от него не отмоешься! Не делай того, что он от тебя хочет!

— Я и не собираюсь, Дамир. Но не обо мне сейчас речь.

— А, да… кхм, девушка. Вы с ней хорошо были знакомы? Ты хочешь, чтобы я ее помог найти?

— Вроде того. Я понимаю, что в твоем нынешнем положении это будет непросто, да и особых надежд на это не возлагаю. Просто я должен быть уверен, что попробовал все.

Немного помолчав, я наблюдал, как майор докуривает сигарету и достает третью… или уже четвертую?

— На самом деле, Дамир, мы с ней толком и не знались. Познакомились в спортклубе, где она работает администратором. Общались всего пару дней, да разок на свидание сходили. Вот, пожалуй, и все. Но я… блин, не знаю, поймешь ли меня, но я не могу ее там оставить, понимаешь?

— А я говорю, все беды из-за женщин! Но ты ж меня не слушаешь никогда! — Потом он немного помолчал и осведомился без намека на сарказм или подколку: — Ты влюбился что ли?

— Не думаю, дружище. — Я с сомнением поджал губы и отрицательно мотнул головой. — Скорее, чувствую за собой вину.

Говорить о том, что проведя с девушкой столько времени рядом, смеясь с ней и шутя, ощущая ее эмоции как свои собственные, я перестал воспринимать ее как незнакомку, я, естественно, не стал.

— В общем, давай потом обсудим мои мотивы, ладно? Факт в том, что дозвониться я до нее третий день не могу, и на работе она не появляется. Я марионетку посылал в клуб разведать, там подтвердили, что она пропустила уже две смены и на связь не выходит.

— Кого-кого ты к ней на работу послал?

Тьфу ты! Блин, неужели я это вслух ляпнул? За прошедшие дни настолько я привык к своим ручным мертвецам, что уже забываю разговор фильтровать. Опасная оговорочка, ой, опасная! А если вообще бы «Зомби» сказал, то как бы сейчас оправдывался? Осторожней надо быть, Серж, не забывай, кто ты есть! Нет у тебя сейчас морального права раскрываться перед кем-либо.

— Да так… — я как можно равнодушней махнул рукой, пытаясь показать всю пустячность вопроса, — не суть важно. Главное, что она пропала. Сможешь по номеру телефона пеленг провести? Мне хотя бы вышку знать, где она в сети была последний раз, вдруг хоть какая-то зацепка будет.