Шрифт:
— Истинная правда, ваше величество, — низко поклонившись, ответил Парк. — Это воин из народа, известного в преданиях как чиссы.
— Надо же, — еще более сухо проговорил Палпатин. — И что, по-вашему, я должен с ним делать?
— Ваше величество, позвольте мне, — опередив капитана, сказал Траун. — Я не просто подношение. Я — потенциал, подобие которого вы никогда не видели и, вероятно, не увидите. Вам будет от меня польза.
— Вот как? — Императора это как будто позабавило. — Да, потенциал твоей безграничной наглости бросается в глаза. Что именно ты предлагаешь, чисс?
— Для начала я предлагаю информацию, — ответил Траун. Если он и оскорбился, то по голосу этого не было слышно. — В Неизведанных регионах затаились угрозы, которые однажды настигнут вашу Империю. Многие из них хорошо мне знакомы.
— Обо всех этих угрозах я узнаю и без тебя, — благодушно проговорил Император. — Что еще ты можешь предложить?
— Возможно, вы узнаете о них вовремя, чтобы успеть защититься, — сказал инородец. — Возможно — нет. Что еще я предлагаю? Свои военные умения. Они сослужат вам службу, когда придется выслеживать и обезвреживать опасности извне.
— Как я понимаю, — уточнил Палпатин, — эти твои опасности угрожают не только моей Империи?
— Да, ваше величество. Они угрожают моему народу.
— И ты стремишься оградить свой народ от них?
— Да.
Желтые глаза Императора сверкнули.
— Ты надеешься на помощь моей Империи?
— Эта помощь была бы очень желательна.
— Ты хочешь, чтобы я помог народу, который тебя изгнал? — спросил Палпатин. — Или капитан Парк неправильно обрисовал ситуацию?
— Он все сказал правильно, — подтвердил чисс. — Меня действительно изгнали.
— И все же ты желаешь защитить их. Почему?
— Потому что это мой народ.
— А если они не рассыплются в благодарностях и откажутся принять тебя назад?
Повисла пауза, и у Илая появилось жутковатое чувство, что Траун усмехнулся Императору в лицо характерной неуловимой улыбкой.
— Ваше величество, мне не нужно их разрешение, чтобы защищать их. И тем более я не рассчитываю на благодарность.
— Я уже видел таких, как ты, благородных, — заметил Император. — Почти все оказались на обочине жизни, когда их наивный альтруизм столкнулся с реальностью.
— Я пережил несколько столкновений с реальностью, как вы это называете.
— И то правда, — проговорил Палпатин. — Чего же ты хочешь от Империи?
— Взаимовыгодного сотрудничества, — ответил Траун. — Я предлагаю вам свои знания и умения сейчас взамен на заботу о судьбе моего народа в будущем.
— А что будет, если я откажу им в такой заботе, когда придет время?
— Это будет означать, что я поставил все на кон и проиграл, — спокойно произнес чисс. — Но до того момента у меня будет время убедить вас, что наши цели совпадают.
— Интересно, — пробормотал Император. — Скажи, если бы ты, служа Империи, узнал, что что-то угрожает твоему народу, куда бы ты устремился? Какой стороне остался бы верен?
— Я не вижу противоречия в обмене информацией.
— Речь идет не об информации, — возразил Император. — А о присяге.
Снова возникла короткая пауза.
— Если я буду на службе Империи, то буду верен вам.
— Какие ты даешь гарантии?
— Мое слово и есть гарантия, — ответил Траун. — Возможно, ваш слуга подтвердит нерушимость подобной клятвы.
— Слуга? — переспросил Палпатин, бросив быстрый взгляд на Парка.
— Я говорю не о капитане Парке, — пояснил чисс, — а о другом. Возможно, я ошибся, когда подумал, что он ваш слуга. Однако он очень высоко отзывался о канцлере Палпатине.
Император чуть склонился вперед, снова сверкнув желтоватыми глазами.
— Его имя?
— Скайуокер, — сказал Траун. — Энакин Скайуокер.
ГЛАВА 3
Война — это в первую очередь столкновение компетенций. Это игра умов, тактических приемов и контрприемов.
Но в ней также присутствует элемент случайности, более присущий игре в карты или кости. Мудрый тактик уделяет внимание и этим играм, извлекая из них знания.
Первый урок карточной игры гласит, что карты нельзя разыгрывать как попало. Победа обеспечена, если раскрывать их в правильном порядке.
У меня были на руках три карты. Первую я разыграл в поселении и в итоге попал на борт «Быстрого удара». Вторую — уже на корабле. Благодаря этому мне было обещано путешествие на Корусант, а курсант Вэнто был назначен моим переводчиком. Третьей было имя: Энакин Скайуокер.