Принять:

Да/Нет.

Да уж. С моим количеством бесенят, на награду вообще не стоит рассчитывать. Ну да ладно, хоть сколько-то опыта ведь должны отсыпать.

Да.

Между тем, гигант проткнул бесенка якорем и, сделав размах, достойный метателей дисков, зашвырнул якорь далеко в лавовое озеро. На первый взгляд, метров на 300 - 400. При этом барабан с цепью, находящийся от меня метрах в пяти, настолько жалобно заскрипел, высвобождая, наверное, никогда не смазываемую цень, что я инстинктивно отошел от него шагов на пять. Сама цепь натянулась до звона и резко прыгнула вверх, до высоты верхней точки барабана, откуда, собственно, цепь и разматывалась. При этом подкинув вверх на несколько десятков метров бесенят, которые неосмотрительно стояли прямо над цепью. Когда якорь пошел на дно, гигант начал резко дергать цепь на себя. Перехватывать ущербной рукой и снова резко тащить на себя правой.

Подсекать? А, так этот якорь – оказывается крючок? А этот барабан – рыболовная катушка? Ошарашенно почесав загривок, я прошептал под нос: “Поня-я-ятно”. Бесенята же, включая и моих, радостно голося, кинулись к цепи, облепив её по всей её длине и принялись тащить цепь к барабану, где другие бесенята, наваливаясь толпой на эту катушку, заправляли цепь во внутрь. Когда гигант дотянул “крючок” до себя, то на нем оставались лишь жалкие обгоревшие ошметки от бесенка. Стряхнув их одним резким движением, он схватил нового и, нанизав, отправил снова в полет. При этом в воздух во все стороны разлетелось еще больше бесенят от натянувшейся цепи, чем в первый раз, а одна из иконок, отображающая моих вояк посерела и исчезла. Место раскиданных товарищей быстро заняли радостно орущие соседи и так же радостно стали подтягивать цепь, после подсеканий гиганта. Да уж, понятно, почему их так много тут собралось. Из-за того, наверное, что они тупо передохнут, тягая цепь. Мясо - и есть мясо.

– Ко мне!

Я тут же рявкнул оставшимся четырем бесятам, увлеченно тянувших цепь. Может, они тоже мясо, но они - моё мясо.

Ноль эмоций. Как тянули цепь, так и продолжают. Даже не обернулись. Пришлось подойти к работающим бесенятам и… застыть на месте. Да они же все на одно лицо.

– Подойти ко мне!

Повторная попытка ничего не изменила. Мои горе воины даже не шелохнулись. Я перевел взгляд на маленькие пиктограммы бесенят и выделил одну из них. Тут же один из работающих бесенят подстветился красноватым светом. Подойдя к нему, я от всей души дал ему затрещину по затылку.

Нанесено: 47 урона.

Бесенок аж упал от моего удара, затем резко вскочил, и уставился на меня ошалевшими глазами.

– Всем моим идти за мной!

Вот теперь, трое еще работающих, резко отпустили цепь из рук и, буквально за какие-то доли секунды, построились передо мной. Я отправился в сторону барабана и, показав на него пальцем, приказал:

– Работать на катушке. Всё ясно?

– Да.

Молодцевато и с дебильноватым выражением лица ответила моя четверка воинов хором. Ну, прямо, идеальные солдаты.

– Выполнять.

Бесенята с таким же энтузиазмом принялись крутить барабан с уже трудящимися там собратьями по разуму.

Работать они всё равно работают, так что опыт мне за их труд всё равно достанется, но на катушке хоть не передохнут. Опять же, не передохнут, значит, больше времени проработают. Значит и мне больше опыта достанется.

На седьмой раз забрасывания крючка в лавовое озеро, наконец, клюнуло. Да так, что почти все бесенята на цепи, да и сам гигант попадали на землю. Гигант, правда, не растерялся. Он моментально перевернулся на спину и, упершись ногами в грунт, крепко схватил цепь здоровой рукой. Однако это ему не совсем помогло. Так и не показавшаяся еще лавовая акула так сильно тянула, что гиганта проволокло метров 5 до самой лавы. За ним тянулись две впечатляющие борозды от упиравшихся ног. Но этого оказалось мало, гиганта тянуло к лавовому озеру. Тогда командиры бесенят стали на разный лад реветь, подгоняя своих подчиненных к немного провисшей цепи. Те, опомнившись, схватились за цепь и преимущество резко поменялось. Теперь, хоть и понемногу, но катушка стала заматываться, вытягивая лавовую акулу к берегу. К тому же, к ней подбежал какой-то демон и включил механизм, блокирующий разматывание катушки. То есть выглядело это теперь так: гигант, а вместе с ним и армия бесенят напрягались и делали полшага назад, в катушке что-то щелкало, и толпа переводила дух, чтобы через несколько секунд подтянуть акулу еще на полшага.

Таким темпом лишь через час акула показалась на берегу, яростно мотая головой. Теперь дело пошло еще медленней. Кстати, выглядела она, как-то странно. Вполне себе акулья алого цвета морда, раздувающиеся жабры, пышущие огнем. А вот дальше начинался голый скелет, раскаленный от жара и истекающий лавой. И самое интересное, что к хребту с акульим плавником прикреплялись китовые ребра. То есть, строение грудной клетки, да и скелета было, как у водного млекопитающего, а не как у акулы. Ну, кроме морды, плавника и хвоста. Хмм. Когда мотающую время от времени мордой акулу минут за 15 затянули на всю её длину на берег, а это на первый взгляд - метров 30, пошло что-то не так. Вы когда-нибудь видели, как только что пойманная рыбешка ведет себя, когда её выкидывают на берег? Начинает дико извиваться, подпрыгивая при этом чуть ли не вам по колено. И, кстати, не зря так делает. Бывает, что это позволяет ей упрыгать обратно в воду.

Лавовая акула начала исполнять нечто подобное. Правда, выглядело это несколько фантасмагорично. Потому как первая ассоциация, приходящая в голову при виде этого гиганта – кит, выброшенный волнами на берег. Вот только кит лежит недвижимо, из-за того, что его вес практически вообще не позволяет двигаться вне воды, а лавовая акула взмыла вверх мелкой рыбешкой. Ну, в пропорции, естественно. То есть метров на 20 вверх. Цепью стегануло как кнутом. Подлетел вверх даже уродливый гигант, что уж говорить про обычных бесенят. Сотни их поднялись в воздух. А группа из примерно пятидесяти этих мелких тварей, находящихся ближе к катушке, от по параболе ускорившейся цепи, переквалифицировалась в летчики-истребители, пулей улетев вглубь пещеры на сотни метров. Даже сама катушка вырвалась из земли и поднялась вверх на метр, а затем, приземлившись на ребро, рухнула плашмя, вызвав ощутимую дрожь под ногами. А затем приземлилась и сама акула. Приземлилась так приземлилась. В месте её падения образовалась небольшая воронка, а твердые куски грунта брызнули во все стороны осколками.