— Я — не приблуда, а ценный член команды, о котором ты ничего не знаешь.

— Знаю многое, но не могу сформулировать, не зная контекста. Как слова на чужом языке. Джи, она ненормальная, но не такая, как мы.

— Я девушка!

— А я хомяк. И что дальше? Ты прекрасно знаешь, что каждый из нас троих чувствует тебя по-разному. И никто не видит в тебе человека. Джи, что скажешь?

— Она не бессмертна, здорова и очень медленно стареет. Намного медленнее тех магов, которых я видел в стартовой зоне.

Девушка довольно расхохоталась.

— Продолжайте говорить. Мне нравится, когда меня обсуждают такие… существа.

— Обойдешься. — Хеолас уклонился от очередного подзатыльника. — Кстати, пока Йен играется с местными ПК-шерами, можно послушать продолжение истории Джи. Йен нас все равно слышит и слушает.

Джи печально вздохнул. Разговор с такой группой намного лучше истории его жизни.

***

Посидев пару часов рядом медкапсулой, Брудо, Хагель отправился готовить речь для выступления. Спустя пару часов мэр собрал всех жителей поселка на площади для важного объявления. Стояла жаркая погода, обычный солнечный день для тропических широт Марии. Джибрил стоял у края толпы в казённом бронескафе, вместе с другими Ноландами.

Хагель взобрался на спешно собранную стойку для выступлений.

— Все заткнулись и слушаем только меня. Кто меня не понял, будет расстрелян. — Мэр человек слова. И заключенные об этом прекрасно знали. Воцарила тишина. — Тюремщики со станции Каратель прислали архиважное сообщение. Во-первых, с завтрашнего дня нас будут снимать для специального созданного развлекательного канала о выживание заключенных в условиях крайне агрессивной планеты и постоянных испытаний на прочность. Девушки, пудрят носики, а мужики чистят стволы и все время носят их с собой. Во-вторых, тем, кто сможет выжить в течение следующего года гарантированно освобождение, не зависимо от срока заключения. В-третьих, с завтрашнего дня, во все поселки планеты, каждый день будут доставлять по шаттлу с заключенными. Строители, слышите меня? Будете работать день и ночь, строя новые бараки. Еду будут присылать со станции. Рассчитываем на еженедельное прибавление по триста человек. В-четвертых, через три дня, начнется некая игра на выживание. На поселок будут нападать, а мы отбиваться. Кто будет противником, не знаю, но точно не люди, не военные и не другие заключенные. За победу над нападавшими, ИНДИВИДУАЛЬНО будут начисляться призовые очки, на которые можно будет покупать себе рабочее оружие, экипировку и некие услуги у наших друзей с орбиты. Будут ТОПы, призы и все такое. Отражая атаку, поселок получает фиксированную сумму бонусов, которую можно будет тратить на укрепление, еду, транспорт и стационарное оружие. Братва! Нас будут конкретно прессовать и, если выживем, то только вместе. В-пятых, и последних! То, что мы купим на боевые баллы, привязано к нашим био-паспортам. Никто другой пользоваться не сможет. Мероприятие планетарного масштаба финансирует цивилизация исами, решившая устроить демонстрацию своего устаревшего оружия. Вояки Содружества слюнями обливаются, но дадут его только заключенным и только на нашей любимой планете. Братва! Ждем, готовимся и стараемся выжить еще один год! Все сломанные скафы несите Ноландам. Следующие три дня ремонт за мой счет!

После слов о свободе через год, заключенные перестали мыслить рационально. Небывалая награда и испытания оружия от расы исами, говорили о большой опасности. Только бывшие военные поняли, что до следующего года доживет далеко не каждый. Если вообще кто-то доживет.

Представители телевидения появились за двенадцать часов до выхода в эфир. Они развешивали в атмосфере планеты дроны-камеры с высоким разрешением, на антигравитационной платформе. В дело вступила местная ксенофауна, сбившая и разломавшая всех их попытки наблюдения. За шесть часов до начала съемки, в небе появилась сеть из белых квадратиков, парящих в сотне метров над землей. Очевидно, новое съемочное оборудование предоставила раса исами, так как никакая пуля не могла даже поцарапать эти белые кубики.

Джибрил рассказал Оскару о сердечно приступе Брудо и попросил продать ему один из скафов со склада. На счете было около семи тысяч кредитов, а цена запрошенной конфигурации оборудования оценивалась в пятнадцать. Киборг предложил взять ссуду на оставшуюся сумму у ордена, отработав долг в течение следующих месяцев.

Тин Ноланд выкатила со склада массивную конструкцию малинового цвета.

— О, цифровые боги! Я уж думала, на моем веку эту бандуру никто не купит. — Девушку вытерла поступивший пот. — Где покупатель?

— Я покупатель.

— Джи? А тебе-то он зачем? Это же раритетная модель. Старье, какое можно поискать!

— Сколько моделей бронескафов с каркасом из тиорина, ты знаешь? Шесть, и из них пять в недосягаемом ценовом диапазоне.

Девушка презрительно фыркнула.

— Единственно достоинство тиоринового сплава — это память формы. Сколько его не бей и не корежь, он разогреется и снова примет исходную форму. Ни прочности, ни низкого веса, ни нормальных защитных свойств.

Джибрил довольно кинул.

— Мне подходит. Что с модулями и системой псевдомышц? Удалось найти то, что было в списке?

— Все новое, прямо в ящиках. Нательный саперский бионический костюм с четвертым классом чувствительности, есть. Саргонская система псевдомышц с кинетическими катализаторами и дополнительным экзоскелетом, есть. Расход энергии огромен 377 %. Зачем они тебе?

— Вместе с биониками, это дает скорость и точность в движениях. Что с броней, модулями питания?

— Три больших энергоячейки… а поняла! Ты увеличил расход энергии и решил компенсировать это увеличением запаса энергии. Но у твоего скафа нет системы доктора, системы жизнеобеспечения, питания… да много чего нет. По сути это только силовая броня для быстрого перемещения и обнаружения противника. Нет ни одного модуля для распознавания цели и ведения огня. Беговой скаф, однако!

— Все есть?

Девушка указала на ряд запечатанных коробок.

— Все, включая броню шестого класса, но БЕЗ радиопоглощающего покрытия. От тяжелого оружия не спасет, но в остальном проста и безотказна. Расцветку менять будешь? Есть картриджи с пигментом под любой цвет.

— Пусть будет, что есть. Характеристик скафа от цвета никак не меняются.

— Оставишь малиновым?

— Да.

— КрасавЧЕГ!

Джибрил, воспользовашись отсутствием Брудо, самостоятельно собрал свой скаф. Среди Ноландов у Джи появилось прозвище Малинка. Оскар-Кибот, Брудо-Волосатик, Тин-Спец, Рукан-Ведроид. Среди Ноландов не ни одного нормального прозвища.