– Понимаю. Не плохой выбор, Эрри. – Элодин ехидно улыбнулся. – Твой отец и ухом не повел, но твоя мать и другие его жены закатили скандал. Якобы им и их детям таких возможностей он не дал. Уже час ему названивают по всем линиям видеосвязи.

Из-за таких мелочей, старейшина дома Маккоев не стал бы связываться с Эрато. Слишком уж велика его фигура, на фоне ее собственной. И Элодин уловил заминку в разговоре.

– Перейду к сути, дорогая племянница. Полагаю участвовать в оставшихся этапах Игр Старших ты не будешь? Это хорошо. Чем меньше тебя будут видеть в компании этого плебея Голда, тем меньше урона он нанесет твоей репутации Императрицы из дома Маккоев. Остатки баллов сохрани. Помимо Игр Старших, самые ценные призы можно получить и на четырех других Великих Играх. Там ты сможешь показать себя наилучшим образом.

На экране Элодин склонился над камерой и постучал пальцем по столу.

– Ты поняла, Эрри?! Это приказ от твоего отца и меня, старейшины дома Маккоев! Тебе запрещено продолжать участвовать в Играх Старших. Как отдохнешь в этой дыре для низших, возвращайся в Титардо! Я не желаю видеть свою племянницу в кругу бездарной черни, пользующихся ее силой!

Как и полагается девушке, сумевшей выжить и стать сильной в такой зловонной клоаке, как семья Великого Дома, Эрато отреагировала спокойно.

– Встречная просьба.

– Говори.

– Я хочу забрать в Титардо из мира Фризе четырех членов рода Ао.

– Девочка моя – Элодин нахмурился – мир Фризе, холодная подводная дыра, закрытая на карантин из-за этой чертовой эпидемии. По протоколу Вершителей, в экстренном порядке, допуск к эвакуации получат только высшая знать и особо ценные кадры, при отсутствии у них симптомов болезни. А эти твои Ао?

– Иммунны. Все четверо.

Записав что-то в личном планшете, Элодин протянул руку к видеокамере.

– Пришли их данные в мой секретариат. Альмиа поговорит с миграционным департаментом. Но помни! Спрос с тебя! А эти твои Ао должны соответствовать требованиям для перехода в Титардо.

Старейшина рода отключился и Эрато смогла наконец расслабиться. Она и так не собиралась дальше участвовать в Играх, а так еще и удалось выторговать свободу и спасение для семьи Теодора. С Голдом девушка и без наставлений дяди не стала бы дальше общаться. Джон похож на ядерную бомбу со сломанным детонатором. И сам готов взорваться, и всех вокруг утащить за собой.

Не прошло и пяти минут, после разговора со старейшиной из дома Маккоев, как в дверь номера Эрато постучали. На пороге нервно топтался юнец, лет восемнадцати с рыжей шевелюрой некогда ухоженных волос. Выглядел гость плохо. Весь в копоти, потрепанная боем одежда и откровенная паника на лице.

Дверь открылась.

– Г-госпожа Эрато…

На пороге перед напуганным юношей стояла эльфийка в ночнушке, держащая в руках тело Теодора, будто готовясь отправиться с ним танцевать вальс.

– Г-госпожа… – гость не знал, как реагировать на то, что видеть ему по статусу было не положено. Эрато решила подшутить над гостем.

– О Саливан. – девушка начала танцевать, придерживая спящее тело у руках. Редкий случай имени в одну букву. – Итак, чего же ты хочешь?

Если бы Джон был сейчас здесь, в гостинице, он бы сразу узнал в юнце того самого мальчишку, которого Эрато держала в руках, когда прибыла на каменное плато. Тремя днями ранее, сеньор О, рискуя нарваться на гнев Императрицы тем не менее подняться на ее этаж в отеле «Красный Ноябрь», где и передавал информацию о том, что в теле Голда есть какой-то инородный предмет относящийся к природе монстров. Если бы эта информация подтвердилась и попала в руки прессы, имя дочери Великого Дома могло сильно пострадать.

Эрато тогда не поверила, едва не убив О за вторжение в ее личные покои. Но потом, юнец раскрыл свои карты. Его сестра Эн, была одной из тех, кого Голд спас из плена у великанов в Спайс-Сирдамур. Однако их мать Анабель, матриарх и Витязь из клана Саливан, погибла в тот день. Малыш О попросил великую Императрицу Эрато Маккой выкупить филактерий ее души, если его информация подтвердится. И черт возьми, яйцо рахни действительно нашлось в теле Голда!

Продолжая вальсировать, Эрато на ходу вытащила из инвентаря филактерий души Анабель Саливан и кинула его в руки юнца. Поймав предмет обеими руками малыш О прижал его к груди и тут же расплакался.

Услышав рыдания гостя эльфийка, остановилась.

– Уходи. – Она кивнула в сторону двери. – Скажешь кому-то хоть слово о Голде и клан Саливан исчезнет. А теперь… БЕГИ!

Топнув ногой для большего впечатления, Эрато напугала юнца так, что тот забыл о слезах и бегом помчался к пожарной лестнице, позабыв о лифте. Закрыв за ним дверь, эльфийка вздохнула. Можно было дать мальцу денег на восстановление тела матери, но тогда эти низшие подумают о возможной слабости и уязвимости Эрато. И тогда придется от них избавляться, как это произошло в прошлый раз. Почему-то низкоранговые пробужденные постоянно думают, что смогут нажиться на Императорах.