Шрифт:
Входящий вызов от Императора «Соломона» Дедро Финна. [Принять / Отклонить]
Отклонить конечно! Пусть старики, занятые экспансией слаборазвитых миров, и дальше бесятся от того, что их грехи начинают всплывать.
Входящий вызов от Императора «Декамерона» Арети Тауро’Полоса. [Принять / Отклонить]
Снова отклонить. Уже седьмой сброшенный вызов от Монархов и Императоров за пятнадцать минут. Были и те, кому пришлось ответить. Кто-то хотел поздравить с получением регалии, а другие прямо просят не лезть в дело с вирусом Морфея. Позвонил даже дядя, Элодин Маккой – один из старейшин Великого Дома, и прямым текстом запретил использовать имя Корпорации для защиты Джона Голда.
[Сколько же лет прошло?]
Эльфийка приложила руку к бьющемуся в груди сердцу. Оно громко стучало, выдавая сильное восхищение Императрицы.
[Когда же в последний раз я так искренне улыбалась и переживала о победе?]
*динь* отклонить. И снова звонок, отклонить.
[Уже лет десять, я не встречала людей, заставлявших так биться мое сердце.]
Человек, встреченный на Играх Старших, рос и менялся прямо у нее на глазах. Он победил супер-мутанта и стал Ратником, не прося никакой помощи. Получил признание у друзей и врагов.
[Когда же в последний раз, мое сердце сходило с ума от изумления?….]
«Любимец воли мира» – тот, кого она признала фигурой в своей игре. И «плод любви человечества» – пробужденный, добившийся резонансной связи с астралом в родном мире.
[…что мне попалось нечто совершенно новое?!]
Сопереживание ушедшим душам, взгляд сквозь время, смелость бросить вызов своей судьбе…
[Это воистину невероятно! Всё в этом пареньке мне в новинку. Он будто зовет меня отправиться в новое приключение.]
Пока Тео и Наумар мирно спали, а Баон осваивал новый класс, тихо тренькнуло сообщение от Системы. Второй этап завершен. Последний участник Игр Старших только что покинул пределы мира Спайс-Сирдамур, выбрав альтернативную награду.
Условие III-го этапа:Стремление к смерти || Награда: координаты камней рода, добавление блоков генетической памяти по выбранному классу, филактерии с душами погибших участников текущих Игр Старших.
До начала III-го этапа 59:59…59:58…59:57…
Система дала возможность родственникам погибших возродить своих близких. Уж слишком много сил и средств было вложено в становление гениями и аристократами мира Фризе.
Глава 1. Репетиция мира
Земля => Изнанка => Клановый храм Рублевых-Лебедевых
Бой насмерть с противником, превосходящим тебя по силе, – это концентрированное безумие. Вцепиться зубами в глотку, швырнуть сломанный клинок, бросить грязь в глаза. Когда дело доходит до выживания, любые средства хороши. Но потом, после тяжелого боя, приходит откат.
Попав в мирную обстановку родной Земли, я ощутил то ощущение эмоционального выгорания, о котором некогда рассказывал Кейо. Чувство полного бессилия и нежелание вообще что-либо делать.
Мгновенная реакция на Белояра, телепортация и быстрая победа с помощью разумного меча. Разум, в поисках возможности хоть немного ослабить внешнюю угрозу, обратился к тем, кого я, как патриарх и основатель рода, ощущал поблизости. К братьям и сестрам по крови! Это одна из особенностей, дарованных мне Системой.
Вижу радостные лица знакомых и незнакомых людей, бегущих по коридору храма клана. Блондинка Молли, бодибилдерша Таша, целитель Асадал и еще четверка неизвестных членов рода Голд. Они прибыли сразу, как услышали голос патриарха.
Странное чувство. Я вижу их, я ощущаю их, я говорю с ними, но умом нахожусь где-то во Фризе или Спайс-Сирдамур на Играх Старших. Где угодно, но только не на Земле. Сознание расфокусировано, руки трясутся. Не могу быстро переключиться из боевого режима в мирный.
– Дайте мне минутку собраться с мыслями.
Нельзя ронять репутацию в их глазах. Сменим фокус их внимания. Я чувствую, что статный мужчина в форме полковника СпецВойск России, прикрывавший щитом мальчишку-призывателя, такой же патриарх, как и я.
– Еремей? Союзник, нейтрал или …?
– Альянс! – мужик поднял руки в успокаивающем жесте. – Спокойно, Алексей! Ваши люди нашли меня в Москве…
– Арр! Если на кого-то наеду – без обид! Меня минуту назад чуть на части не разорвали. А сейчас все тело так горит, что перед глазами все плывет.