– Прям уж и хреновые? А мне казалось, что ты был доволен своими отношениями с... Полиной? Так кажется зовут ту девочку?

– Издеваешься?
– нахмурился парень.
– Какая к чёрту Полина, когда я постоянно на её месте представлял тебя?!
– сжал ладонь в кулак, оттянув захваченные пряди.
– Я же едва не ночевал под твоим подъездом, высматривая тебя. Ежедневно провожал тебя до школы и обратно. Да надо мной смеялись все. Одна ты ничего не замечала. Смотрела так, будто меня нет, - прошептал тоном полным ярости, одарив коротким жёстким поцелуем.
– Я с ума сходил, а тебе было всё равно.

Да, зачастую эмоции Дана приносили мне лишь головную боль, но в то же время я уже не могла без них обходиться. Чертовски приятно осознавать, что это именно я вызывала в нём этот ураган чувств. Приятно быть для кого-то столь важной.

– Мне не было всё равно, - сама подалась вперёд, почти целуя чужие губы.
– Я ведь тоже… с ума сходила. Жутко тебя ревновала. И бесилась от бессилия. Я же сама себя приговорила к этому испытанию. Я же и уволиться решила из-за этого. Чтобы больше не видеть тебя с другой, - прикрыла глаза на мгновение.
– Это было больно, - прошептала признание.
– Чертовски больно. Без тебя, Дан.

– Порой, я тебя хочу придушить, - простонал он.
– Это надо уметь издеваться не только над другими, но и над собой. Да ещё осознанно!

– Ну, прости. Тогда мне это казалось лучшим выходом. Я не верила, что для тебя это всё так серьёзно. Может, у тебя просто гормоны играли? Да и сама ситуация…

– Да-да, я помню про разницу в возрасте и школьные порядки… - проворчал Дан недовольно.

– Вот даже не думай снова начинать песню с извинениями!
– предупредила его на всякий случай.
– Всё закончилось хорошо, и это самое главное.

– И не думал, - хмыкнул парень.
– Я вообще-то уже долгое время думаю об одном единственном, - отпустил мои волосы и переместил руки на бёдра, прижимая ближе к себе, как подтверждение своих слов.

– Кто бы сомневался, - пробормотала и усмехнулась.
– Назови мне моменты, когда ты об этом не думаешь?

– А я что? Не моя вина, что ты такая вся красивая, - одарил мою персону однозначным взглядом, задержавшись на груди.
– И аппетитная. И вообще. У меня возраст. Гормоны. И всё такое. И как старшая в нашем тандеме, ты просто обязана заботиться о том, чтобы эти самые гормоны находились в состоянии расслабленности…

– Что-что, прости?
– не удержалась от смешка.
– В состоянии расслабленности?
– едва сдерживалась, чтобы по-настоящему не расхохотаться.
– Да ты вообще знаешь значение этого слова?

– Знаю, - гордо оповестили меня.
– А ты вечно всё пошлишь!

– Я?!
– аж воздухом подавилась от такого наглого поведения.
– То есть это при случае и без пристаю к тебе и делаю разные намёки откровенного характера?!

– А кто? Ты себя в зеркало видела? Оденешься вечно так, что бедные ученики не знают, куда взгляд спрятать, чтобы не возбуждаться при виде тебя!

– Ну да, ну да, прям запрятались, - съехидничала.

– Это они уже просто привыкли.

– Или им кто-то помог так быстро привыкнуть, - парировала с насмешкой.

– Не без этого, - не стал спорить Дан.
– Предпочитаю избавляться от соперников заранее.

– Да, Артемьев оценил, - покивала с умным видом.

Вот на это Данила широко ухмыльнулся.

– Его лицо надо было видеть!
– протянул он доволньо.

– Угу-угу. Слышь, Отелло, ты в следующий раз всё же сперва думай, что и кому говоришь или делаешь. Ладно вот мужик понимающий и с чувством юмора, а то б...

– Я постараюсь быть сдержанным, - тут же растерял всё своё хорошее настроение парень.
– Честно, Ксюш. Больше никаких импульсивных поступков.

– Тогда это уже будешь не ты, - вздохнула с усталой улыбкой.
– Помоешь меня, может, уже?
– перевела тему.

– М-м… Это я с удовольствием, - чуть ли не промурлыкал этот… кот.

Вот же… озабоченный.

– Кстати, что там за история с Еленой? Кем ты ей угрожал тогда?

Дан лукаво заулыбался.

– А что мне за это будет?
– уточнил, хитро щурясь, вылил на мои плечи гель для душа и принялся его размазывать, слегка массируя кожу.

– Вот ты… шантажист малолетний!
– возмутилась.

Конечно же, в шутку, так как сама грешила подобным.

– Пойдём гулять, как стемнеет?
– предложил он.

Улыбнулась на его предложение. Я ещё с первой нашей прогулки заметила в Дане любовь к темноте и тишине. И потом мы часто с ним бродили по ночным улицам города. Особенно, я любила моменты, когда с неба падал снег. Было так хорошо просто молчать и идти, держась за руки. И если я обычно всегда смотрела наверх, на небо, то вот Дан исключительно на меня. Сперва меня это даже смущало. Странно же! Я впервые столкнулась с таким неприкрытым восхищением к себе. А потом привыкла. Иногда мы устраивали бои в снежки с последующим валянием в сугробах, после которых я издевалась над парнем, обмазывая его обветрившиеся губы вазелиновой помадой.