— Разберись-разберись!

— С Восточными всё оказалось сложнее.

— Да?! — Крот оторвался от бумаг.

Ким с радостью умолчал бы и об этом, но вопрос был более чем серьёзным. Затрагивал поставки топлива, а значит грозил чуть ли не остановкой производства:

— Они почти задавили нашего текущего поставщика. На этой недели топливо придёт по заявке, а по поводу следующей они сомневаются. Восточные же передали вместе со мной предложение, — Ким достал из кармана листок бумаги и положил на стол. — Предлагают покупать топливо у них, но по завышенной в полтора раза цене.

Крот схватил бумагу и развернул. Густые брови несколько раз всколыхнулись, по губам прокатилась волна.

— Ну и всё тогда!

— А?

— Забудь! — Крот сложил бумажку и положил в нагрудный карман. — Больше это не твоя проблема!

Казалось, Ким должен был радоваться, что босс снял с него такую задачу, но нет… Острый Ким знал, что значат слова босса. Грядут смерти. Много смертей. Если понадобится, он заплатит в три раза больше, чем расходы за удорожание топлива, наёмникам, но не позволит ставить ему условия. Ким сглотнул слюну. Он принёс новость, после которой Восточников не станет. Это случится жестоко, кроваво и быстро.

— Что с литейщиком?

— Всё в порядке.

— Не забывай, что он — твоя главная задача! Всё остальное хоть и несёт за собой риски, но не такие большие. Если мы лишимся улучшенных буровых коронок, придётся использовать простые, а я не хочу, чтобы только из-за одного человека всё производство подорожало на пятнадцать процентов. Ты помнишь об этом?

— Конечно.

— Он пьёт наш напиток? Есть проблемы с поставками? С качеством?

— Пьёт, — Ким отвёл взгляд. — Проблем нет. Бутылки приходят запакованными, как с конвейера.

— Хорошо. Ещё что-то? Как справляется пацан, которого ты притащил из города? Были проблемы?

— Нет. Всё тихо.

…….

Возвращаясь в город, Киму было о чём подумать. В очередной раз его мысли крутились вокруг: «бросить всё и свалить к чертям», но он постарался их отогнать. В подобных размышлениях можно было погрязнуть с головой и забыть обо всём на свете.

Больше всего Ким переживал из-за Восточных. По своей сути они были подрастающим поколением житрожопых бизнесменов. Они не делали ничего противозаконного и избавлялись от конкурентов честно. Да, хотели слегка подоить Крота, но взамен предлагали плюшки. Подземные заправщики, запасные резервуары. Согласились взять на себя денежную ответственность за несвоевременные поставки. Они победили в рыночной войне и готовы были снять сливки за долгий и упорный труд, но всё будет по-другому… Триумф будет недолгим. Очень скоро они все умрут.

Совсем не к месту появился ещё и этот пацан из города — Сайлок. Он вёл какую-то свою игру и лез к литейщику. Если бы Ким заикнулся об этом Кроту, пацан не успел бы даже до города доехать. Нейтралы сняли бы его с грузовика посредине трассы и привезли обратно в город Горняков. Не всего. Только голову.

Но всё обошлось. Ким сомневался, что пацан очнётся раньше, чем машина приедет в город, но он выживет. Главное, чтобы он всё понял и навсегда отказался от своей дурацкой затеи.

Последнее о чём думал Ким, приближаясь к своему дому — Стекловар Микки. Литейщик уже давно ходил по краю. Со дня на день он двинется окончательно. Его нужно отпустить и позволить дожить нелёгкую жизнь. Острый Ким поступил бы именно так, но на деле ему приходилось накачивать Литейщика наркотой.

Микки пил виски, который ему привозил Ким. Но виски непростой. Прямо на заводе в виски добавляли психотропы и запечатывали в заводскую упаковку, будто с конвейера. За это Ким ненавидел себя больше остального.

Он припарковал машину около дома и вышел. На лужайке лежали кирпичи, камень и цемент для восстановления разрушенного крыльца. Следующая задача на день — поездка на ранчо. Привезти еду, бухло и заготовки для коронок. Но прежде он собирался переодеться и пообедать.

Повернул в замке ключ, прошёл по коридору и спустя секунду почувствовал запах псины. Отточенным до автоматизма движением потянулся к пистолету, но его опередил хриплый голос:

— Не стоит!

Ким обернулся и увидел мужика в джинсовой куртке и кожаных штанах, у ног которого скалились четыре питбуля. Повернул голову влево — увидел ещё двоих, вправо… В дверном проёме стоял Сайлок, перед ним — два озлобленных пса.

… … …

— Ты серьёзно?! — спросил Острый Ким и уставился на меня. — Что ты здесь…?!

В следующий миг он удивился пуще прежнего и опустил взгляд на мой торс:

— Я в тебе четыре дырки сделал! Как ты оклемался?!

— Ствол на пол!

— Ствол на пол? — переспросил Ким, оглядываясь на собак. — Ты в курсе, что твои собачки запачкают мне дом?

— Это мои собаки! — почти гавкнул Дрессировщик. — Кидай валыну на пол!

Ким потянулся за спину и дёрнулся слишком резко. Питбули оскалились и прижали Кима к стене. Чёрный самец вцепился в калошу, а белый повис на рукаве. Я решил не испытывать судьбу. Подскочил и ударил усиленным под дых. Возможно, Ким подумал, что я вымещаю злость. Но я лишь хотел обезоружить его без лишних фокусов. Так ведь…? Или мне полегчало? Не давая Киму опомниться, я вытащил из-за спины револьвер и отошёл. Тот скривился от удара, дождался пока материя восстановит онемевший участок и отплатил мне язвительной улыбкой: