Официально бал начинался в восемь вечера, но насколько я поняла, приглашенные съезжались в разное время. Плюс-минус час. К примеру, мы со Стейнаром припозднились, и на подъездной аллее уже было не протолкнуться от экипажей. Пусть в самом сезоне собирались участвовать лишь молодые аристократы, но на балу присутствовали не только они, а наверняка чуть ли не весь высший свет Ситхейма. Ну да, раз Свадебный сезон в этом мире чуть ли не главное событие, никто не хотел пропустить его открытие.

Еще вчера вечером Стейнар мне в беседке рассказывал:

— По древней традиции все происходит следующим образом: бал-открытие завершается в тот момент, когда в полночь боги проявляются в смертном мире.

— А это как? — в мое воображении сразу нарисовались эдакие светящиеся силуэты, спустившиеся с небес.

— Естественно, боги не сами нисходят, а проявляют лишь свой взор и свою волю. Свадебный сезон ведь особенное время. Все-таки создание семьи — это самое важное в людском мире. Оно влечет за собой рождение детей, то есть обеспечивает все дальнейшее существование рода людского.

— А что, вне брака дети, что ли, не рождаются? — скептически уточнила я.

Стейнар глянул на меня так, что я вмиг почувствовала себя жутко испорченной. Но пояснил все же без нотаций на тему нравственности.

— Все ведь должно развиваться, и люди в том числе. Но только рожденные в благословенном богами браке дети унаследуют все лучшее из двух соединенных родов. Без брачных уз такого наследования не происходит.

Все равно мне это казалось немного неудобным. Не в смысле появления детей, а сами свадьбы. В этом мире люди могли жениться только во время сезона. Точнее, только во время сезона создавались особые магические брачные узы даже у простых людей. Правда, подробно о всех плюшках этих в чем-то особенных уз я пока не знала.

— Так вот, Свадебный сезон, — продолжал просвещать меня Стейнар. — Когда боги обратят свой взор на людей, у всех участников сезона на руках появятся магические метки. Не только среди аристократов, конечно, а вообще у всех тех, кто пожелал участвовать. Но, само собой, высший свет и простой люд проводят сезон отдельно. Эти магические метки подготавливают человека за месяц к прохождению церемонии — процесс вполне естественный и, насколько я слышал, неощутимый. Но кроме меток боги могут дать какое-нибудь особое указание по поводу прохождения самого сезона. Естественно, заранее это неизвестно, но сегодня в полночь все выяснится. В конце концов, есть специально обученные королевские священнослужители, которые прекрасно распознают знаки богов.

Честно говоря, все это очень интриговало. Но и беспокоило. Мало ли, какая такая особая воля будет у богов в этот раз. Лишь бы только моим замыслам не помешало.

Дарен

— Погоди, я хоть отсмеюсь, — Иттан и вправду едва сдерживал смех.

— Не вижу ничего смешного, — хмуро возразил Дарен.

— Так а когда я еще посмотрю на такое, что мой брат от девушек бегает? Уж извини, но я хочу насладиться моментом!

— Я не совсем понимаю, что происходит… — Свеяна растерянно перевела взгляд с одного на другого. Девушка явно неуютно себя чувствовала на балу, держалась за руку Иттана все время.

— Происходит то, что Дарен намерен весь сегодняшний бал, а, может, и весь грядущий сезон, бегать от принцессы Каллейны, — со смехом пояснил невесте Иттан. — Видишь, она потихоньку в нашу сторону приближается? Бедняжку, похоже, угораздило влюбиться в самую худшую кандидатуру для этого. Но, благо, что сама эта кандидатура, — он выразительно глянул на брата, — старается держаться подальше от Ее Высочества.

— Мне просто не нужны лишние проблемы. То, что принцесса на что-то рассчитывает, ее дело. Я давать ложных надежд не собираюсь. Но даже если мы просто сегодня вежливо побеседуем, по всему городу уже расползутся сплетни, будто я тоже вознамерился стать будущим королем.

— Так а почему бы и не стать королем? — Свеяна, похоже, понимала все меньше и меньше. — Если принцесса тебе настолько симпатизирует, что даже готова выйти замуж, так почему бы этим не воспользоваться? Я думала, все мечтают пробиться в правители.

— Зачем? — Дарен смотрел на нее с безграничным терпением.

— Власть, — тут же предположила невеста Иттана.

— У меня есть власть.

— Богатство?

— Я достаточно богат.

Свеяна замялась. Видимо, больше ничего в ее голову не приходило. Но Дарен и не собирался больше задерживаться и что-либо объяснять. Каллейна хоть и шла якобы просто по залу, беседуя с аристократами, но направление угадывалось четко. А встречаться с принцессой вовсе не хотелось.

Но прежде, чем он скрылся в толпе, Иттан вдруг спохватился:

— Дарен, а все же, ты так и намерен участвовать в сезоне? Просто Милена ведь упорхнула, а если сегодня у тебя магическая метка появится, то уже не отвертишься — придется жениться на ком-нибудь.

Дарен прекрасно понимал, что на самом деле Иттан подразумевает под этим все тот же больной вопрос «Отказался ли ты от намерений вернуть Вайенс-холл?». Но пока и сам не мог дать на него конкретный ответ.

Увы, ситуация ведь в этом не изменилась. Последняя воля по закону нерушима, завещание не изменить. И по-прежнему брак с Миленой остается единственным способом повысить свой магический потенциал и тем самым выполнить условия завещания.