— Хорошо, — ответила я. Мне хотелось подойти к нему, проверить, нет ли у него травм, но я заставила себя остаться на месте, чтобы показать, что могу принять опасность, присущую его жизни, и не волноваться всё время. — Ты в порядке, да?

— Да, — ухмыльнулся он. — Я знаю, что тебе хочется осмотреть меня. Не стесняйся.

Я ухватилась за эту возможность. Ладно, может быть, я не так хорошо играла, как надеялась.

— В этот раз ты ушел невредимым, — сказала я, проведя пальцами по его торсу. — Это уже лучше. Может быть, ты наконец-то научился справляться с делами.

— Бессовестная женщина! — воскликнул он, схватил меня за волосы и повел обратно к кровати. — С каких это пор у тебя такой длинный язык?

Я сжала его член через трусы-боксеры, его горячая плоть начала оживать, наливаясь в полную длину в моей ладони.

— Наверное, с тех самых пор, как я поняла, как сильно тебе это нравится.

— Да, нравится, — подтвердил он, толкнув меня на колени, так что я прижалась спиной к матрасу. — Но ещё больше мне нравится, когда ты используешь его, чтобы сосать мой член.

Я облизала губы, когда он освободился от своих боксеров, толстая головка его члена блестела в тусклом свете. Не дожидаясь ответа, я взяла его член глубоко в рот, проводя языком по всей его длине.

— Факк… — выдал он и откинул голову назад, пока я сосала.

Обхватив рукой основание его члена, как ему нравилось, я работала ртом в тандеме с пальцами, чтобы коснуться его от основания до кончика. Влажные звуки эхом разносились по комнате, когда я двигалась взад и вперед. Он двигал бедрами в такт моему ритму, несколько раз чуть не перекрыв мне дыхание. Когда я посмотрела на него, он застонал, а у меня слезы выступили на глазах, и одна из них скатилась по моей щеке.

Сделав ещё несколько глубоких толчков бедрами, он поднял меня и толкнул обратно на кровать. Рывком он снял с меня трусики, а я стянула с него белую футболку.

— Как ты так быстро научилась сосать мой член?

Я одарила его милой улыбкой и ответила:

— Я тренировалась на Чупа-Чупсах.

Недоуменно раскрыв глаза, он посмотрел на меня, а потом вдруг расхохотался.

— Ты чертовски нахальная девчонка.

Я ущипнула себя за сосок.

— И что ты собираешься со мной делать?

Он зарычал и нырнул ко мне между ног. Его рот, горячий и влажный, приник к моей киске, и его язык проник глубоко внутрь меня, когда я выгнулась дугой и схватилась за одеяло. Он точно знал, что делать, работая с моим клитором и доводя меня до грани экстаза за неприлично короткий промежуток времени.

Я запустила пальцы в его волосы и выкрикнула его имя, но он не собирался так легко отделываться от меня. Он поднялся по моему телу и прижал толстую головку своего члена к моему лону. Я была мокрой и жаждущей, но все ещё задыхалась, когда он вошел в меня. Войдя во всю длину до предела, он перестал двигаться, замер, всё также глядя мне в глаза.

Слова, которые так долго таились у меня в душе, превратились в реку, которую я больше не могла игнорировать.

— Нэйт, — я приложила ладонь к его щеке. — Я люблю тебя.

Он стоял, зажмурив глаза так крепко, как будто испытывал боль. Хотя я была полна им и моей потребностью в нем, в этот момент огромная пустота поселилась во мне. Хотя я понимала, как мало шансов, что он может сказать мне то же самое в ответ, мне все равно было больно.

Я опустила руку.

— Ты не обязан отвечать мне тем же. Всё нормально, — проговорила я. Слава богу, что внезапно образовавшуюся дыру у меня в груди было не видно.

Но вот его глаза открылись. Он заглянул мне в глаза своими тёмно-зелёными.

— Меня нелегко любить. Я не тот человек, который тебе нужен. Ты заслуживаешь гораздо большего, чем все, что я могу тебе предложить. Но я тот ещё эгоистичный ублюдок. И я никогда не был в состоянии сделать анализ рисков и выигрышей. Когда дело касается тебя, я всегда вижу только плюсы.

Я перестала дышать. Я перестала думать. Весь мой мир замер, пока я ловила каждое его слово.

Он не отводил от меня взгляда.

— Я никогда в жизни никого не любил. Никого так, как я люблю тебя. Когда я впервые увидел тебя, что-то внутри меня сломалось. У меня сердце не просто разбилось, а разлетелось на такое количество осколков, что я уже никогда не смогу собрать их снова. Ты была такой юной. Ты была так сильно ранена. И впервые мне захотелось что-то исправить, а не разрушить. И осознание этого сломало меня. Потому что я не смог тебя вылечить. Я не мог заставить всё это исчезнуть. И хотя я потерпел неудачу, отослал тебя и продолжил свой разрушительный путь, ты вернулась ко мне. Я думаю, что мы оба были сломлены, и мы были единственными, кто мог сделать друг друга снова целыми.