– А после что?

– А после он уйдет. А утром снова распахнутся двери и явятся другие воины - и снова будет пир, а после снова будет сеча, а после снова Зверь придет и всех пожрет.

– А после?

– Я не знаю. Но мне-то что? Я уже мертв... Отдай мне ножны, Айга!

Я не шелохнулся. Он сказал громче:

– Отдай! Слышишь меня?! Он, может, только этого и ждет! И ты тогда еще спасешься. А я? Что я?! Я уже мертв! Отдай!

Но я не отзывался. Сидел, смотрел во тьму - и ничего не видел. Зато все громче раздавался хруст. И громче чавканье. Зверь приближался к нам. И приближался. Приближался! Вот он каков, этот Чертог! Вот каково оно, заветное бессмертие! И вот он, Зверь, каков - он поедает только лучших! Ведь только лучшие, храбрейшие могут попасть сюда...

И сами же себя убить, надеясь на бессмертие! А он...

– Хальдер, - громко спросил я, - это Винн?

Винн! Слово было сказано! Зверь перестал жевать. В Чертоге стало тихо...

А после Зверь шумно принюхался, шагнул ко мне. Потом еще. Потом еще...

А мне - не знаю, отчего - стало смешно! Я громко рассмеялся. Зверь злобно зарычал. А Хальдер закричал:

– Ножны! Сын мой! Отдай мне ножны!

– Да!
– сказал я.
– И впрямь, зачем мне теперь ножны? Держи, отец!

И, обнаживши меч, я отдал ему ножны, а сам шагнул вперед и изготовился. Зверь перестал рычать. Хальдер сказал:

– Будь осторожнее.

А я ему в ответ:

– Это с каких же пор...

Но не договорил!

– Хей!
– крикнул Хальдер.
– Хей!

И первым кинулся на Зверя - и ударил! А следом за ним я! А после снова он! А после снова я! Зверь заревел! И...

Как тут все расскажешь?! Было темно, я ничего не видел. Бил наугад, рубил, что было сил - но Зверя меч не брал. И Зверь на нас кидался и ревел! Ну да и мы на месте не стояли. Удар - и отскочил, удар - и отскочил, удар и побежал. А следом - Зверь! Тьма! Грохот! Топот! Рев! Великий Хрт, я не робел! Я бил! Рубил! Колол! А Зверь меня пинал! Бодал! Топтал! Хальдер кричал:

– Держись, сын мой!

О, Хальдер! То великий воин! Когда я падал, он стоял - и прикрывал меня. И меч его был лют! И бил он так, что Зверь порою отступал, выл и стонал... И снова наступал! А мы - уже вдвоем - рубили и рубили и рубили Зверя!

– Винн!
– кричал я.

– Винн!
– кричал Хальдер.

– Смерть!
– кричал я.

– Смерть!
– кричал Хальдер.

– Смерть!

– Смерть!
– и...

Хальдер вдруг упал. И едва слышно застонал. А Зверь затих. Молчал! Было по-прежнему темно, я ничего не видел. Тогда я опустился на колени, провел рукой...

Вот он, лежащий Хальдер - весь в крови. Я обхватил его, попробовал поднять...

Но он был так тяжел, что вам и не представить! И я спросил:

– Да что это с тобой?

А он сказал:

– Не знаю. Оставь меня.

– Нет, - сказал я.
– Зачем? Однажды я тебя уже оставил - и довольно.

И вновь попробовал его поднять, и вновь не получилось. Зверь засопел, принюхался. И подступил к нам на шаг. Хальдер сказал:

– Беги. Вон, видишь, свет? Еще успеешь, сын!

Я обернулся... И действительно! В кромешной тьме, в каких-то десяти шагах от нас зиял яркий проем распахнутой двери. Вскочить и побежать! И...

Нет! Я усмехнулся и сказал:

– Довольно! Я уже набегался. Теперь покоя хочется. И чести. Ярл я или не ярл?!

– Ярл, сын! Отважный, настоящий ярл!

И тут... Зверь зарычал! А я на то ему насмешливо ответил:

– Чего рычишь? Когда бы ты был смел, то показался бы. А если прячешься, то, значит, ты передо мной робеешь!

Но и тогда Зверь не открылся мне, а подступил еще, еще... И по его горячему, зловонному дыханию я понял - он уже склонился надо мной, разинул пасть... Ну что ж! И я тогда - р-раз!
– подскочил! И - целя Зверю в пасть мечом! И...

Х-ха! Меч провалился в темноту! Зверь был неуязвим, невидим и недостижим! Он только хохотал - громоподобно! А я, словно безумный, бил в пустоту, бил, бил!.. Пока Зверь не вскричал:

– Глупец! Дерзкий мальчишка! Живым здесь делать нечего! Пр-рочь! Пр-рочь!
– и...

Гр-рохот! Пламя! Гр-ром! Истошно закричал петух!..

А после я очнулся у скалы на той самой поляне, куда меня когда-то, еще осенью, привел Торстайн. Теперь же я лежал, сжимая в руке меч. А ножен при мне не было. Я встал, спустился вниз, в поселок, встретил Сьюгред. Она мне рассказала обо всем, что здесь произошло, пока я был у Хальдера. Потом мы поженились. А потом...

Я замолчал. Меня трясло. Во рту все пересохло. Я прошептал:

– Жена моя!

И Сьюгред подала мне рог. Я пригубил вина и осмотрел собравшихся. Молчали все, никто не порывался говорить. Еще бы! После того, что я им рассказал... хоть, правда, и не все - я про Источник им ни словом не обмолвился, да и про ножны я... но, тем не менее, страху они, конечно, тогда натерпелись немало!