Но не на это я смотрел!

Посреди кровати, закинув руки за голову, лежал и насмешливо смотрел на нас, загоревшии до черноты, довольно молодо выглядевший крепкий блондинистый мужик. На ней же, но с краю, поджав ноги к груди, лежала Беса: обнаженная, тело всё в кровоподтеках, но хоть живая. А вот Проф, он тоже в этой комнате обнаружился, на полу под окном валялся: весь поломанный, руки ноги под разными углами торчат, одного глаза на том, что с трудом можно было опознать как лицо, не было, пустой глазницей пугал. Зато вторым, хоть и заплывшим, но всё же целым, он посмотрел на вошедших нас. Тогда и ясно стало — тоже жив.

Вот эта вся картина, сразу и целиком отпечаталась мне в мозг.

— Вы пришли сказать свое положительное реш…

— Гот… — договаривал я уже чуть ли не под очередью прозвучавшие выстрелы, — …ово!

При виде того, что эта тварь с Бесой и Профом сделала, выложился я сразу и от души, что даже пошатнулся от слабости. Сколько мог, столько сил в Гасныка и влил, направив его в полную самодовольства рожу, что при нашем появлении начала в улыбке расплываться. Ну и Скиф тянуть не стал, не знаю как он почувствовал, что я Гасныка спустил, но сразу же после этого, невероятно быстро, выхватил пистолет и опустошил магазин в голову этому молодо выглядевшему ископаемому.

— Отрицательное решение, — с веселым задором ответил динозавру тоже перенапрягшийся Скиф.

Кровавые слезы так и потекли у него из глаз, но он, не обращая на них внимания, моментом перезарядился, и второй магазин также быстро опустошил, стреляя динозавру в сердце и в голову, попеременно.

Снова пистолет на затворную задержку встал, пустой магазин долой, полный вставил, но в этот раз Скиф стрелять не стал, замер, внимательно смотря на тело с лопнувшей головой и изрешеченной пулями грудью.

В этот момент Беса зашевелилась, медленно сползла с кровати, посмотрела на тушку своего насильника, после чего, не обращая внимания на свою наготу и демонстрируя нам не только кровоподтеки, но и многочисленные укусы, припадая на одну ногу подошла к нам и, протянув руку, попросила:

— Нож дай.

Без вопросов вытащил из ножен Ка–Ваг и протянул его ей рукояткой вперед.

Взяв его, она молча развернулась и поковыляла к надеюсь мертвому… уже точно мертвому телу, не подвел всё же гаснык, сумел его пробить, дав возможность Скифу динозавра завалить. Ну и Беса, она ему то, что от головы после выстрелов осталось, отрезала. Бросила этот огрызок на пол и взмахнув рукой превратила его в тонкий блин.

«Ну да, она же гравитацией как–то там управляет», — припомнил я слова Немца.

— Чтоб уж точно не ожил, — прокомментировала свои действия Беса.

После чего тщательно вытерла нож об простыню и протянула его мне обратно.

— Спасибо, — поблагодарила, и было понятно, что не только за нож. На что я молча кивнул, убирая нож в ножны.

— Сейчас знахаря вам пришлю, — Скиф тоже, кивнув, подтолкнул меня к выходу.

— И падаль убрать, — попросила нам в спины Беса, направившись к Профу.

— И падаль, — снова кивнул Скиф, обернувшись к ней. — Спалим его сразу, чтоб уж точно не ожил.

Вниз спустились, вот тут меня окончательно отходняк и нагнал, да такой, что от слабости в сторону повело. Пришлось о стену опереться. Когда поднимались, из–за навалившегося напряжения опять в отрешенное от тела состояние умудрился впасть, снова, как и возле склада со спиртным, получилось смотреть во все стороны с помощью Гасныка. Это меня чуть и не подвело, когда разом увидел и Профа, и Бесу, и самодовольную улыбку твари… Злостью внутри плеснуло так, что вместо Гасныка чуть сам в рукопашную не оросился, хотелось рожу этому мудаку подправить. Еле сдержался, отрешенность всё же помогла, окончательно голову не потерял. Вместо этого… В первый раз я сам, собственной волей своим даром от и до управлял и направлял. И после, до последнего его чувствовал: рывок Гасныка, и то, что несмотря на максимально вложенные силы, еле смог пробить щит «динозавра», который тот на всякий случай держал. Не сомневаюсь, что держал он его постоянно. И пробил я его действительно на миг, если бы Скиф хоть на мгновение задержался со стрельбой, то…

— Живчика глотни, а то что–то совсем ты поплыл, — остановившись напротив, не сводил с меня взгляда Скиф, готовый поддержать, если уж меня совсем поведет.

Блин, аж неудобно, у него у самого слезы кровавые так и продолжают течь из глаз, а он о моем самочувствии беспокоится. Но живца действительно надо, чувствую как не только слабостью, но и сушняком накрывает.

Трясущимися пальцами еле достал из чехла флягу, с трудом открутил колпачок, зато потом рай, живительный нектар по пищеводу внутрь скользнул, смывая засуху. Вздохнул облегченно и еще несколько глотков сделал, после чего протянул флягу Скифу.

Тот не отказался, тоже приложился к фляге, после чего…

— Ты как? — задал он вопрос.

— Норм, — кивнул, принимая флягу обратно. — С силами не рассчитал, выложился до донышка. Но если бы не это, не пробил бы его, силен… был. — Прислонившись головой к стене, закрыл глаза, чувствуя как слабость медленно отступает, помогает живец. — По краю прошли.

С этим Скиф был полностью согласен, действительно по краю прошли. Только пацан даже не осознает, по какому тонкому краю. Их сборная солянка приехавших сюда отрядов, а это почти двести не самых слабых бойцов, ничего не смогли противопоставить этому непонятно откуда выползшему древнему. Он их как детей в песочнице раскидывал, несмотря на все их усилия. Они его всеми силами убить хотели, а он, такое ощущение, даже не напрягаясь, их ломал. Ломал физически, и пытался сломать морально.