Я не могла больше ни минуты вынести этого разговора с ним. Я решила уйти, направившись мимо него в сторону дома, и если он прикоснется ко мне, мне придется бежать. Но он не тронул меня. Он просто пошел вровень со мной, и так было до тех пор, пока мы не дошли до двери зала собраний, там-то он и прошептал:

— Мини-оргазмы? — тихим голосом, и я ощутила, как жар поднимается и окрашивает моё лицо.

В зале собрались все. Падшие сидели вокруг стола, одно кресло пустовало, оно было предназначено Азазелю. Единственной женщиной за столом была Элли — другие жены расположились в задней части зала, и я направилась к ним, но Азазель взял меня за руку.

— Её место за столом.

Я отчаянно желала вырвать руку из его хватки, но за ними наблюдало слишком много людей, и внезапно я застеснялась.

— Он прав, — сказала Элли. — Кто-нибудь принесите для неё кресло.

— Мне не надо... — начала я, но Азазель отверг мои домыслы, не дав мне закончить.

— Тебя это тоже касается.

Кто-то принес еще одно кресло и поставил его у огромного стола, рядом с местом Азазеля, и у меня не осталось выбора. Я села, стараясь держаться в стороне от него в ограниченном пространстве, но когда он скользнул в своё кресло рядом, его бедро задело моё, и я никак не могла отстраниться, не забравшись на колени Михаила — да и то я воздержалась бы от возможности оказаться на коленях архангела Михаила, будь он падший или же нет.

— До нас дошли слухи, — произнёс Разиэль. — Уриэль отыскал гробницу Люцифера.

Мне это ни о чем не говорило. Элли рассказала мне, что Падшие искали место, где Господь заточил первого Падшего, но ко мне это не имело никакого отношения.

Но все взгляды были обращены на меня. Тревожная ситуация, и я почувствовала руку Азазеля на моём бедре — успокаивая меня, удерживая меня, лапая меня, я не была уверена, что этот жест значил. Я хотела позорно скрыться, но Михаил был слишком рядом, и с его бритой головой и татуированным телом он выглядел почти-то смертоносным. Я осталась там, где была.

Наконец Элли произнесла:

— Прекратите смотреть на неё. Неужели вы не понимание, что она понятия не имеет, что происходит?

Заговорил Разиэль:

— Ты рассказала Уриэлю где находится Люцифер, — его голос был взвешенным, не выражающим никакого порицания. — Это и пытались Разрушители Правды вытащить из тебя.

— Я должна напомнить, что мой визит к Разрушителям Правды не был моей идеей, все вопросы к Азазелю, — сказала я, невероятно спокойно. — И если вы не послали бы кого-то на моё спасание, я бы умерла.

— Вообще-то, послать тебя к Разрушителям Правды было решением Совета. Мы не знали, что Тёмный Город является частью королевства Уриэля.

— Ну, тогда ладно, — сказала я, подпитав слова сарказмом. — А вы не думали, что мог быть более простой способ получить от меня информацию?

— Нет.

Боже, он мог быть таким же односложным, как Азазель.

— Дело в том, что если Азазель не отдал меня мучителям, они не узнали бы ничего о нахождении Люцифера. И не спрашивайте меня... я ничего не помню, кроме... боли, — мой испорченный голос немного надломился на этом немного, невзирая на мои огромные усилия, и я свирепо глянула на Разиэля.

Я хотела злобно посмотреть на мужчину, сидевшего рядом со мной, но это будет означать, что мне надо будет посмотреть на него, а я не могла доверять себе в этом.

— Они забрали эти воспоминания у тебя, — рядом со мной произнёс Азазель.

— Именно поэтому вы послали кого-то спасти меня в последнюю минуту? — поинтересовалась я у Разиэля, проигнорировав Азазеля. — Потому что осознали, что они были плохими парнями? Или потому что выяснили, что я уже освобождена от каких-либо полезных воспоминаний?

Краем глаза я увидела, что Азазель сделал некий жест, но Разиэль проигнорировал его.

— Я никого не отправлял на твое спасение. Твое здоровье не наша забота... ты была расходным материалом.

— Тогда кто...

— Это неважно, — прервал меня Азазель. — Вопрос в том, что мы теперь будем делать?

Разиэль свел брови в раздражении.

— Думаю, ты должен ответить на вопрос Рейчел.

Внезапно у меня появилось предчувствие, что мне не понравится ответ. Никто не делился информацией — никто ничего не говорил — так что я повернула голову и посмотрела на Азазеля.

И меня вновь поразило моей тоской по нему, по монстру, который доставил меня прямиком к мучителям. Это было безумно и неправильно, и я умру раньше, чем он узнает об этом.

— Так скажи мне, — спокойно произнесла я.

Яркие голубые глаза, наблюдающие за мной без каких-либо эмоций. Роскошного вида рот, который целовал меня. Руки, которые отдали меня Разрушителям Правды, без малейшего колебания.

— Я вернул тебя...

Я оцепенела, мысленно разразившись литаний проклятий. Я просто сейчас заткнусь, прежде чем узнаю что-либо ещё, чего не хочу слышать. Что я должна делать, поблагодарить сукиного сына? Я не могла отстраниться от настойчивого давления его бедра на мою ногу, и знала, что если попытаюсь покинуть стол, он просто вынудит меня вернуться. Но я могла отодвинуть его сдерживающую руку. Я сняла её со своего бедра и положила её ему на ногу. Он не стал возражать.