– Можешь, только не у меня. Сильные маги-менталисты способны вложит в память серьёзные массивы информации и, заодно, у них лучшая дурь. Могу подкинуть пару адресочков, век будешь благодарен. Так, извини, отвлекся. Специалисты по интерфейсу и взаимодействию с ним легко закачивают огромные массивы информации. Я же работаю с плотью и, изредка, душами. Вы, кстати, не видели сбежавшую химеру? А то, кажется, несколько дней не могу её найти.

– Ладно,- наконец согласился я, - у меня есть печати и несколько интересных вещей. Так что если годиться в качестве оплаты, то можем обсудить варианты.

Если сойдемся в цене, можно рискнуть. В конце концов какая разница, отъехать сейчас или же при встрече со Жрецом. Надеюсь, не смотря на все странности, он действительно специалист своего дела.

– Я больше предпочитаю оплату органами различных созданий, магическими безделушками, душами, инструментами. Кстати об инструментах, я тебе показывал свой новый, зачарованный в бездне, нож? Но, в принципе, беру всё, нужно же порой чем-то платить добытчикам. Так что показывай всё и пойдем делать операцию, – судя по радостному выражению лица и жестам, отражающим, вероятно, крайнюю степень довольства, он был готов работать едва ли не бесплатно.

Я медленно и неспешно достал собранное за последнее время барахло и озвучил количество накопившихся печатей. Больше всего доктора впечатлила укутанная кукла. Стоило достать сверток да озвучить что там внутри, и тот с уважением посмотрел на меня. Правда, сразу же отодвинулся, попросив спрятать обратно эту дрянь.

В целом, Мяс оценил имущество и сказал, что хватит почти на всё. Так что теперь выбор за мной. Тут были варианты, как общего усиления всего понемногу, так и узкоспециализированные.

– Скажу прямо, я пока плохо представляю, чего хочу. Разве что ослабить откат, плату за трансформацию в Боевую Форму, было бы прекрасно. Ну а так, с удовольствием выслушаю совет мастера, – озвучил я основные пожелания. Вот так сходу решить какую часть модернизировать, чем и с помощью каких запчастей, оказалось непросто.

– Регенерация и общее усиление! Вот, я бы посоветовал именно это. Кстати, как тебе мои помощники? Эм, сегодня очень удачный улов, пара зверушек принесли интересный образец и можно было бы прямо сейчас его использовать. Так-с отвлекся, о чем мы там говорили? – надеюсь во время модернизации моей тушки он будет чутка собраннее.

– Добро Мяс, главное не перепутай. Общее усиление и регенерация! – я очень надеюсь, что он действительно соберется и не пришьет мне лишнюю конечность. Ну или увеличит хер, решив, что всё-таки по записи пришёл.

– Можешь не сомневаться, всё будет в лучшем виде. Кстати, пока мы ходили, не видел, где я оставил свой инструмент? Ладно, неважно, сейчас нужно подготовить место для ритуала и операции, – когда доходило до дела, Мяс явно старался быть собраннее, – а ты пока прими настойку и эээ… о давай-ка вколю одну военную разработку из техномира, она наверняка не повредит. А, ну и себе тоже вколю, заодно, витаминчиков. Чтобы дело, так сказать, спорилось. Осталось вспомнить где мои инструменты и заначка.

Доктор удалился, а я с интересом осматривался, пытаясь подавить старый страх врачей и всего, с этим делом связанного. Я никогда не входил в число истовых последователей Древних, что добровольно отвергали современную медицину и умирали без лекарств. Но и ходить по врачам очень не любил, не уютно чувствовал себя рядом с ними.

Пока Мяс готовился, я осмотрел несколько небольших клетей с маленькими созданиями, напоминающими тушканчиков, только без милой шерстки. Лысые, покрытые гноем создания с пастью, полной игольчатых зубов. Не хотел бы столкнуться даже с парой десятков подобных уродцев. Даже в клети они постоянно двигались, притом весьма шустро, и пытались перегрызть металл.

Флагеллант, тем временем, расположился на коврике в углу и занимался любимым делом – хлестал себя. Любопытно, почему он, банально, не оборвал свои мучения самым радикальным способом – смертью. Десятки лет пыток, ради чего?

Доктор вернулся с инструментом, разложенным на каталке, и кучей разнообразных мешочков, порошков, склянок и шприцов. От одного вида этого, мне стало дурно, но зато изменился доктор. Рассеянный, несобранный, постоянно почесывающий то голову, то лицо чудак ушёл. Теперь, я видел профессионала. Изменились и глаза. В них появилась неестественная синева и глубина, возможно, даже, свечение. На мой немой вопрос, Мяс ответил:

– Наркотик. Он позволяет думать многократно быстрее и оперировать силой на более тонком уровне. Без них не провести высокоранговые улучшения, а у тебя их целый комплекс. Побочный же эффект ты, наверняка, успел понять по нашему прошлому общению. Мозги от этой дряни долго приходят в норму. Ладно, время есть, но тратить его на разговоры не рационально. Сразу скажу, к твоему сожалению, даже с анестезией, будет больно, – непривычно четкая речь удивила, но сейчас я судорожно боролся со страхом боли. Лечь на придвинутый металлический стол, оснащенный зажимами для рук и ног добровольно, оказалось непросто.