– Обойдусь. Неужели ты не сможешь ничего сделать, учитывая новые возможности?

– Учитывая новые возможности, я могу сделать тебе подкожную броню. Пробить ее выйдет только крупным калибром, наниты могут замедлить пулю, уплотнив конкретное место, остальные варианты менее эффективны.

– Вот видишь, а ты бронежилет, бронежилет. Если отдам мысленный приказ «броня», прикрываешь мне грудь и голову, остальное залечим.

– Принято, - отозвался ИС.
– Но злоупотреблять не советую. Подкожная броня даже с новыми нанитами будет требовать высокой степени расхода, полное покрытие тела обойдётся примерно в два процента. Частичное, конечно, меньше.

– Не велика цена, чтобы спасти мою жизнь. Ну что ж, пойдем, пообщаемся.

На столе уже стоял сок, на блюде были пресные лепешки, с кухни пахло печевом.

– Горчица просрочена, - заметил сидящий напротив Чек, - но что ей будет? Я уже две недели ем, и вроде нормально, кетчуп кисловат, но вполне съедобен.

– Мясом пахнет, мутант?
– занимая пустой стул, спросил Клим.

– Нет, - покачал головой Ярослав.
– Хотя если мутант был зверем, то его, в принципе, можно есть, в Убежище, например, свиней разводят, и все жрут. Мы проверили холодильники, из одиннадцати в девяти сохранились продукты. Два оставшихся, похоже, были разморожены, и все внутри испортилось. Мы нашли твой небольшой крематорий, и там сожгли замороженную тухлятину. Ох, и вонь стояла.

– И что, это можно есть?

– Вполне. Свежее, конечно, вкуснее, перемороженное мясо по вкусу напоминает туалетную бумагу, но вполне съедобно.

– Нормальное мясо, - возмущенно раздалось с кухни.
– Не хочешь, не ешь.

– Я хочу, - крикнул в ответ Чек, - неси давай уже, жрать охота.

– Да несу-несу.

Кирина поставила на стол большое блюдо, на котором лежал длинный толстенький рулет. Пахло аппетитно, подрумяненная мясная корочка выглядела очень привлекательно.
– Налетай, пока горячее, - занимая последний стул, предложила Плеть.

– Что внутри?
– отрезая четверть и перекладывая на тарелку, поинтересовался Клим.

– Маринованные огурцы, грибы, свежих яиц нет, но есть яичный порошок, так что, я его пустила в дело. Да, кстати, - Карина вскочила и подбежала к холодильнику, - ты, Чек, уже достал меня своим нытьем, - она вытащила банку с чем-то белым и поставила перед ним.
– Вот, наслаждайся.

– Это что?
– поинтересовался парень, не спеша радоваться и хватать непонятное, стоящее перед ним.

Но сестра, улыбаясь, молчала и наблюдала за метаниями брата, который разрывался между любопытством и осторожностью. Наконец, решившись, он открыл крышку и понюхал, выражение его лица было невозможно описать, самая близкая эмоция, которую уловил Клим - блаженство.

– Майонез, - вскочив и обняв сестру, заорал он.
– Но как?

– Немного яичного порошка, подсолнечное масло, горчица, уксус, соль, сахар, все это взбить. Конечно, не магазинный, но вполне съедобный. Все, мужики, налетайте, нас еще сложный разговор ждет.

Надо сказать, приготовлено было с душой, ничего похожего на то, что жрал Клим, пока жил тут в одиночку, вся его еда была максимально простой.

– Спасибо, - поблагодарил он, отодвигая пустую тарелку и допивая сок, который он немного разбавил газировкой, поскольку ну уж очень сладкий.
– Даже не думал, что из того, что тут есть, можно приготовить так вкусно. И по майонезу я очень скучал. Слушай, а много тут яичного порошка?

– Ничего, посиди месяц взаперти, и не таким со скуки займёшься. А порошка хватает, килограмм пятнадцать, а что?

– Я хочу пельменей.

– Можно устроить, - немного подумав, ответила Карина.
– А теперь курите, я пока уберу со стола, а дальше поговорим о делах.

Клим закурил, Чек тоже. Так они сидели, пока не появилась Плеть с тремя чашками кофе. Она заняла свое место. Все молчали, ожидая чего-то, повисла неловкая пауза.

– Ладно, начну, пожалуй, с самого начала. Давайте еще раз познакомимся, меня зовут Климом Николаевым, позывной Таран, мне двадцать семь лет. Хотя нет, учитывая время, проведенное здесь, мне уже двадцать девять. Я лейтенант 128 мотострелкового полка, командир взвода. Получил тяжелейшую контузию во время астраханского инцидента, после чего попал в секретный проект «Солдат 2.0». В этом бункере проводились эксперименты над заключенными, я был единственным добровольцем. Перед самой катастрофой мне ввели в организм наниты и установили мозговой имплант, так что, можно сказать, я не совсем человек. Когда мы с вами встретились, я находился фактически на грани смерти.

Клим замолчал, сделав глоток кофе, после чего вытащил из пачки очередную сигарету.

– Охренеть, - выдал Чек, бросив быстрый взгляд на растерянную сестру, которая задумчиво рутила в руках чайную ложку.
– И что это тебе дает?

– Много всего, - как-то отстраненно произнес Таран.
– Учитывая, на что мне пришлось пойти, чтобы сохранить себе жизнь, я в настоящий момент даже не осознаю свои возможности.

– Можешь им силу продемонстрировать, - влез в разговор ИС.

– Без тебя разберусь, - мысленно ответил Клим, но все же взял ложку, лежащую перед ним на блюдечке, и обернул ее несколько раз вокруг своего пальца, после чего бросил ее на середину стола.
– Я сильнее любого обычного человека, быстрее, у меня есть куча способностей, которые даже не снились простым людям.

Чек взял погнутую ложку и задумчиво покрутил в руках, похоже, демонстрация его впечатлила, ложка была не легкой тонкой жестяной, а довольно-таки толстой и крепкой.

– Что с тобой произошло, когда ты привел нас сюда?
– глядя Николаеву прямо в глаза, спросила Карина.

– Хороший вопрос. Как я уже сказал, я был на гране гибели, и единственная возможность спастись - ввести себе в организм наниты, добытые мной из портальника, валяющегося в морге лабораторного уровня. Мой организм полтора месяца адаптировал их под меня, и вскоре мне предстоит повторная процедура, и не одна. Кстати, очень хорошо, Чек, что ты приволок сюда останки «паука», наниты с него мне тоже понадобятся.