— Единственная более-менее логичная, не фантастическая мысль, которая приходит мне в голову, — с лёгким сомнением в голосе сказал Малик, — это то, что она боится его прогресса. Боится, что потеряет статус Искателя номер один в мире, видя, каких успехов он достигает в первые же недели.

— Не фантастическая? — Алина нахмурилась. — Нет уж. У нас не та сфера работы, чтобы отбрасывать хоть какие-то идеи. Выкладывайте всё, что идёт на ум, самый бредовый бред, самую махровую фантастику. А уже потом будем соображать, что из этого имеет право на существование, а что — нет.

— И что ты хочешь услышать? — Кирилл медленно завёл фургон и двинулся прочь от зелёного района. — Что сама Арлин Майер — тоже иномирная сущность, которая пришла сюда двадцать лет назад с теми же целями? Что она хочет нашими руками устранить конкурента?

— Я ничего не хочу, кроме того, чтобы вы запоминали подобные всплески фантазии. Записывали их, — ответила Алина. — И потом, если у нас возникнет какая-то рабочая версия, мы смогли бы «примерить» факты на каждую из теорий.

— Какой смысл запоминать то, что звучит как полный бред, — поморщился Кирилл. — Нас задвинули на второй план? Отлично. Пусть расследуют без нас. Майер считает, он не представляет из себя серьёзной угрозы, а значит, нет необходимости терять здоровье в попытках разгадать его тайну.

— Майер тоже может ошибаться, — поморщился Антон. — Что, если она несёт такой же фантастический бред, что и мы?

Машина быстро ехала по дороге — но не слишком быстро, чтобы не привлекать внимания. Обычный фургон, несущийся куда-то по своим делам на пределе разрешённой скорости.

— На самом деле, в её словах есть логика, — заговорила Юля. — Если б я попала в иной мир и не боялась привлечь к себе внимание — так бы и действовала. Не чтобы завоевать измерение, а просто… чтобы устроиться тут.

— Да? — Алина поглядела на неё. — Может, и так. Но вот о чём я постоянно спрашиваю себя с момента разговора с ней. Если этот Некромант смог проникнуть к нам по своей воле — кто ещё может прийти через эту открытую дверь?

Олег в одиночестве мерил шагами подземный бункер террористов. Было ли это одиночество действительно одиночеством — сказать было сложно. Может, Владыка действительно отсутствовал — в том смысле, что не слышал и не видел происходящего здесь, полностью отключившись от мыслей и ощущений Олега. А может, он продолжал следить за ним, просто ни на что не реагировал. Не было ни единой возможности узнать это.

Тем не менее, ощущения были непривычными. И кто бы мог подумать, что он так быстро привыкнет к голосу в голове, жуткому монстру, решившему отрубить ему руку и принести его в жертву?..

Что ж; раньше, чем в обед, дел не предвиделось, и Олег наслаждался покоем и заслуженным отдыхом. Зомби, сокрытые в тайных выступах Чёрной Цитадели, следили за копошащимися внизу людьми, и через их глаза Олег лениво наблюдал.

Ничего интересного. Ежу понятно, что вон тот громила, неловко жмущийся к забору — шпион. Наверное, выговор получит — не умеет прятаться нормально, в отличие от его коллег.

Эх… можно было бы почитать что-то, достав какую-нибудь книжку из инвентаря. Но кольцо находилось у зомби, зомби — во Вратах, а открывать те умел только Владыка.

К тому же, ему не давали сосредоточиться мысли о Ней. Арлин Майер… Точнее, та, что сидит у неё в голове. Почему она ничего не сделала ни с ним, ни с Владом? Каковы её настоящие планы, что за проблемы могут возникнуть у почти всемогущей сущности в подконтрольном ей мире?

Чёрт. Это можно означать только одно — третья сторона, более сильная, чем и Влад, и Она. Иначе что ещё могло вызвать у Неё беспокойство? Только кто-то, действительно опасный!

Вторжение сущностей такого масштаба… это могло стать катастрофой уже не для города, а для целой планеты. Влад и Она имеют все шансы победить, хоть поодиночке, хоть объединившись. Но какую цену заплатят при этом люди?

Ну и потом. Никто не мог гарантировать Олегу, что…

…что Влад говорит ему правду.

На самом деле — какие причины предполагать это? Влад даже не на его стороне: он просто заинтересован в том, чтобы его тело было сильным, могущественным, имело хорошие связи и всё такое. Дело не в секретных деталях плана, нет — понятно, что он не будет раскрывать ему таких нюансов.

Но хоть немного о том, кем была Она и что их связывало в прошлом, мог бы рассказать. Тогда известия об их любовных отношениях не шокировали бы его с такой силой. Казалось бы, почему не рассказать такую мелочь? Но нет, Влад промолчал.

И о чём ещё он промолчал?

Дело шло к полуночи; Олег уже устал от собственных мыслей и собирался поспать, когда вдруг Влад всё же заговорил.

[Ты мне нужен, как я и говорил. Летим.]

Ох. Прощай, мечты об отдыхе, покой нам только снится. Точнее, нет — не снится, потому что и поспать-то не удаётся.