Оба мужчины внезапно замерли и повернув головы к входной двери. Джерри проследила за их взглядами, дверь открылась. В комнату вошла миниатюрная блондинка с тремя пакетами в одной руке. На ней было летнее платье, большая шляпа и темные очки.

— Привет! Я дома, вернулась в любящую семью, — женщина бросила сумки, сняла очки и положила сумочку на столик рядом с дверью. — Для нас большая честь познакомиться с тобой! Меня зовут Мэнди, — она широко улыбнулась, не сводя голубых глаз с Джерри. Мэнди слегка покачивалась на высоких каблуках, будто не привыкла их носить.

— О черт, — пробормотал Мика.

Мэнди ахнула.

— Следи за языком! Не позорь меня. Я хорошо воспитывала тебя, молодой человек. Никогда не ругайся в присутствии дам, — она возобновила шаг, не останавливаясь до тех пор, пока не оказалась перед Джерри. Ее глаза расширились, когда женщина несколько раз шмыгнула носом. Все краски сошли с ее лица.

— Да, от нее пахнет Вэном, — выдохнул Мика. — Джерри не моя девушка, хоть она и человек. Она знает, кто мы такие, так что в притворстве нет необходимости. Я действительно охраняю ее для Вэна. Он получил травму, но скоро придет, чтобы забрать Джерри.

Джерри прикусила нижнюю губу и протянула руку.

— Приятно познакомиться.

Мэнди медленно приняла ладонь и осторожно пожала ее.

— Но я ценю все то, что ты сделала ради встречи, — добавила Джерри. — У тебя прекрасный дом.

Мэнди сердито посмотрела на Мику.

— Что, черт возьми, у тебя на ногах? — Анджело шагнул вперед. — Ты пытаешься подвернуть лодыжку? — он схватил женщину гораздо меньшего роста и поднял ее, неся к стулу. Осторожно усадив ее, Анджело присел и поднял одну ногу Мэнди. — Шпильки? Они похожи на орудия пыток. Я снимаю их.

— Немедленно объяснись, Мика, — потребовала мать.

— Ты все это придумала. Помнишь наш разговор?

Анджело повернул голову и зарычал, сверкнув клыками.

— Не выставляй свою мать сумасшедшей. Она была полна надежд. Мы оба были полны надежд.

Мика встал рядом с Джерри.

— Познакомься с моими безумными родителями.

У Джерри было предчувствие, что это будет очень интересный отдых. Она надеялась, что Вэн придет за ней довольно скоро.

* * *

— Комната понравилась?

Джерри отвернулась от шкафа, в который, предварительно распаковав чемодан, вешала вещи, чтобы посмотреть, как Мика входит в ее комнату через распахнутую дверь.

— Она прекрасна.

— Прости за произошедшее внизу.

Она улыбнулась.

— На самом деле они очень милые.

— Для сумасшедших?

— Они действительно милые. Должна признаться, почему-то я представляла твою маму совсем другой. И ты, и твой отец, кажется, немного ее боитесь. Она слишком маленькая для ликана. Неужели ее обратили?

— Нет. Не позволяй ей одурачить себя. Может, она и была коротышкой в стае, но временами становилась страшной. Можно мне присесть? — он махнул рукой на край кровати.

Она кивнула и села в нескольких футах от него. У окна стояли стол и стул, но комната была довольно большой, поэтому Джерри села поближе, чтобы не повышать тон.

— На самом деле, меня действительно кое-что заинтересовало.

Мика выгнул брови.

— Что именно?

— Как обычно одевается твоя мама?

Он усмехнулся.

— Она любит воровать рубашки отца, которые выглядят на ней как платья. Мы не так строги к скромности в отличие от людей и не настолько уж соблюдаем моду. Его боксеры служат ей шортами. Она ненавидит носить обувь летом. А зимой предпочитает утепленные угги.

Джерри рассмеялась.

— Надеюсь, зимой она носит не только вещи твоего отца.

— Да, но она крадет его куртки. Он купил уже целую дюжину. Все дело в запахе. Они действительно влюблены друг в друга.

— Я заметила это.

— Сожалею о том, что отец сказал о Вэне.

Она сразу поняла, что имел в виду Мика.

— Что он не станет со мной спариваться? Но это правда. Нет нужды извиняться.

— И замечание насчет беременности. Не могу поверить, что папа заговорил о подобном.

Джерри внимательно посмотрела на Мику. Он выглядел расстроенным.

— Эй, не беспокойся об этом. Вполне понятно, что Вэн не стал бы специально… ну, ты понимаешь. Я действительно ношу его запах, а подобное возможно только одним способом. Разрыв презерватива мог бы все объяснить. Твои родители ничего не знают о нашей миссии, верно?