– Изучает.

– Разберемся, что они там изучают, - Президент сделал пометку на листке бумаги.
– Во всем разберемся. А пока поступим так. Все, что вы накопали, я еще раз перечитаю. Обдумаю все. Вы, генерал, пошерстите наших ученых, казахов подключите, белорусов, соберите дублирующую группу и дайте им те же вводные. Посмотрим, совпадут ли их выводы с моделью вашей первой команды. Это по климату. Теперь по Князьям Изгнания... Поскольку криптобиржа давала прямую ссылку на их сообщение и мы знаем, чем вся эта схема в результате обернулась, надо к ним относиться серьезно. У вас был прямой контакт с той стороной во время игры с хакером. Возобновите этот контакт. Если там профи, за посольство они на нас обижаться не должны. Если нет, то и говорить не о чем. Но тему Князей покрутить надо. Потянем инфу, посмотрим. Если в этой истории есть хоть небольшая доля правды, им без нас все равно не обойтись.

Когда встреча с Президентом закончилась, на дворе была уже глубокая ночь. Бронированный ВИП-вертолет, которым обычно пользовался председатель, подобрал их с расположенной за служебной парковкой площадки и взял курс на Москву. Титов молча смотрел в окно на проносящуюся внизу рваную россыпь огней пригородов, рассеченную потоками света от идущих к центру города радиальных магистралей. Он на секунду представил, как будет выглядеть Подмосковье, когда здесь раскинется зона полупустынь. Почему-то ему на ум вместо сияющего Дубая пришла картинка полуразрушенных кварталов стоящей посреди песков сирийской Пальмиры. Генерал невольно поежился и посмотрел на сидящего напротив председателя ФСБ. Тот, почувствовав его взгляд, оторвался от окна и, глядя ему в глаза, невесело покачал головой.

США

Это Рождество Виллиамс решил провести со своей семьей и сделать это так, чтобы оно запомнилось надолго. Кто знает, когда еще удастся вот так собраться всем вместе с детьми, внуками и провести недельку в сказочном заснеженном лесу в Британской Колумбии, вдали от съехавшего с катушек человечества. Его сыновья и их жены в кои-то веки оказались свободны. Из-за кризиса они потеряли работу, жили на пособие и понемногу проедали частично компенсированные государством накопления. Не голодали, не мерзли, было что одеть и чем заправить автомобиль. Стиль жизни, конечно, поменять пришлось на куда более скромный, чем прежде, но в таком положении сейчас находилась почти треть американцев. Без работы, без средств и фактически без перспектив на будущее.

То, что дети все еще никак не могут отойти от пережитого шока, связанного с потерей своих счетов, а с ними и социального статуса представителя зажиточного среднего класса, было заметно сразу. Сложно замаскировать состояние, когда человек, считавший себя востребованным, успешным специалистом, из-за странного, непонятного события вдруг осознает, что никому не нужен. Что сейчас ни государству, ни людям, ни нанимателям не нужны одетые в дорогие костюмы, облизанные стилистами элитных салонов адвокаты, брокеры, маркетологи, веб-дизайнеры и прочая ничего не производящая, жирующая на бесполезной надстройке навязанных потребностей пена. Зато инженеры, рабочие и строители требуются везде.

Виллиамс понимал и жалел детей. А еще он хотел им помочь, потому что сам был виновником обрушившейся на Америку трагедии, потому что у него было даже в это тяжелое время достаточно средств, а еще просто потому, что это была его семья, которой он последние 20 лет практически не уделял внимания.

С того летнего дня, когда директор центра киберразведки ЦРУ из небольшого операционного зала в Лэнгли запустил атаку, разрушившую мировую финансовую систему, прошло пять месяцев. Он не очень интересовался тем, как борется с крахом доллара и запущенной США денежной реформой внешний мир, но по обрывкам новостей, выхватываемых из общего фона, понимал, что там разразилась полномасштабная экономическая катастрофа, сравнимая с глобальным военным конфликтом.

Америка тоже переживала период обвальной рецессии. Производство сократилось почти вдвое и только сейчас к концу года после экстренной эмиссии стало оживать на фоне постепенно поднимающегося потребительского спроса. Безработица, достигшая на пике почти 40%, тоже начала медленно сокращаться. Финансовый сектор был разрушен полностью и в рамках денежной реформы медленно и болезненно переформатировался под операции с новым криптодолларом.

Порядок и управляемость в стране удалось сохранить, но в рамках чрезвычайных мер Администрации пришлось серьезно ограничить свободу СМИ и собраний. Впрочем, безработный люд, несмотря на большое количество свободного времени, не очень рвался протестовать, потому что соблюдение порядка и дисциплина были обязательными условиями получения пособия от государства и определения размера компенсации утраченных счетов.

Проведенная в несколько этапов экстренная эмиссия сделала свое дело и перезапустила реальный сектор. Своих ресурсов для работы промышленности и сельского хозяйства у страны было в достатке. Вначале в полсмены, потом все активнее и активнее стали запускаться остановленные производства, понемногу насыщая внутренний рынок привычными товарами. Экстренную эмиссию поддержало и начало расчетов между предприятиями криптодолларах. Процесс этот был нелегкий и небыстрый но, невзирая на ошибки, сбои и множество появившихся при запуске мошеннических схем, шел довольно быстро. Предполагалось, что уже к весне большая часть предприятий перейдет на новую блокчейн-валюту и начнется ее внедрение на уровне граждан-потребителей.

Разорив собственные глобальные корпорации, вычистив большую часть ничем не обеспеченной долларовой массы и фактически отказавшись от 22 триллионного долга, Америка медленно, болезненно, со стонами и судорогами выстраивала новую экономику, лишенную глобальных амбиций и ориентированную на внутреннее развитие.

Место, которое Виллиамс выбрал для Рождества, было действительно сказочным. Небольшой, сложенный из грубо обработанных бревен домик примостился на плоской площадке на склоне крутого каменистого холма, спускающегося к лесному озеру. Вокруг, насколько хватало взгляда, простирались такие же заснеженные, покрытые редким смешанным лесом сопки, плавно переходящие в отроги Скалистых гор. В доме было тепло, уютно, чуть заметно пахло дымком от камина и свежими овсяными печениями, которые, как когда-то в молодости, готовила по утрам жена. Директору иногда казалось, что в мире нет ничего, кроме этого райского уголка, нет никого, кроме впервые за долгие годы собравшейся вместе семьи, что все остальное - просто пустая, бессмысленная суета.