Правда, кожа ее уже давно лишилась последних следов загара.

Волосы давно перестали быть буйной копной, выгоревшей на беспощадном южном солнце.

И никогда больше она не станет той беззаботной девочкой.

Вздохнув, Лия надела очки и простенькие золотые сережки.

Пройдя на кухню, она решила выпить стакан апельсинового сока.

Наливая сок из картонного пакета, она невольно вспомнила свежевыжатый сок, который каждое утро пила в доме Виктора Кэвала. Благословенная Флорида…

Взяв сумочку, Лия пошла на работу и снова не удержалась от сладостных воспоминаний – когда-то ее работа заключалась не в тоскливом сидении в крошечной комнатке и разговорах по телефону с бесчисленными клиентами, когда считаешь часы до окончания рабочего дня.

Но что делать, изменить все равно ничего нельзя. Она заперла дверь и торопливо зашагала к старенькой машине, которую купила за наличные по объявлению в газете несколько месяцев назад.

Выезжая с подъездной дорожки, Лия взглянула на соседний дом. Ставни были плотно закрыты. По субботам Хайна и Билли не вставали до полудня. Хайне нравилось намекать, что они с мужем не просто спят в эти утренние часы.

Однако Лию совершенно не интересовало, чем занимаются в постели охваченные страстью новобрачные. И не потому, что Лия была ханжой. Вовсе нет.

Она просто не выносила воспоминаний о тех временах, когда была возможность любить так, что мало было самых ненасытных ласк, когда хотелось, чтобы они длились вечно.

Когда желание ослепляло настолько, что она забывала о реальном мире…

К Хайне это, конечно, не относится. Они с Билли состоят в законном браке и, возможно, будут состоять в нем всегда. Неудивительно, что соседка видела смысл своей жизни в том, чтобы устроить счастье всех людей, окружающих ее.

Прошлой ночью, например, Хайна просто сгорала от желания узнать подробности свидания Лии с Тони.

– Что это ты так скоро вернулась? – спросила она сразу же, как только Лия открыла дверь. – Он тебе понравился? А понравилась ли ты ему? Он не просил тебя о следующем свидании?

Вопросы Хайны сыпались как из рога изобилия, и Лия едва смогла рассказать ей об ударе мячом, из-за которого им пришлось покинуть стадион.

– Но почему ты сразу поехала домой? – хотела знать Хайна. – Неужели тебе было так больно?

– Да, настолько, что мне вовсе не улыбалось сидеть на стадионе еще несколько часов, – лаконично ответила Лия.

Ей удалось сменить тему разговора, однако Хайну было трудно сбить с однажды намеченного маршрута. Она вдруг спросила, каким Лия видит свое будущее с Тони.

– Будущее? Ты говоришь о следующем свидании?

– Я говорю о браке.

– Господи! Ну почему ты так стремишься его женить? – спросила Лия.

– Потому что ему уже тридцать три, а у отца очень плохое сердце, – произнесла Хайна загадочную фразу.

– Не поняла.

Тут Хайна начала объяснять, что, как единственный сын в семье, Тони обязан передать следующему поколению имя своего отца. Тони Ланцоне-старший страдает серьезной болезнью сердца, и времени у него осталось не так уж много.

– Он будет несказанно счастлив, если его сын женится и родит детей… сына, – сказала она Лии.

– Но ты же замужем и вполне можешь иметь детей.

– Это совсем не одно и то же. Мой отец придерживается старых традиций. Он хочет быть уверенным, что род Ланцоне не прервется.

– Я была бы рада помочь вашей беде, – ответила Лия, страшно удивленная и одновременно тронутая словами подруги. – Но не похоже, что мы с Тони соберемся пожениться, так что подыщи ему кого-нибудь еще.

– Почему? – изумилась, в свою очередь, Хайна, испытующе глядя на Лию.

– Потому что мы, по-моему, не подошли друг другу.

– Нет, дело не в этом. Скажи, почему ты так не хочешь себя связывать? Почему ты избегаешь людей, словно все они заражены какой-то страшной болезнью.

– Я не…

– Нет, избегаешь. Ты никуда не ходишь, только на работу. У тебя нет подруг. Ты ни с кем не встречаешься.

– Я просто необщительный человек, – пыталась защититься прижатая к стенке Лия.

– Ты очень общительная. Когда ты забываешься, то вполне можешь развлекаться. Но ты никогда не расслабляешься. Такое впечатление, что ты все время начеку.

Лия пожала плечами и демонстративно зевнула.

– Я действительно очень устала, Хайна…

Как это ни удивительно, но соседка сразу поняла намек. Она ушла, но перед этим успела пригласить Лию на пикник, который они с Билли собирались устроить через две недели.